Глазами музыканта

Экспозиция состоит из трёх разделов – это более шестидесяти произведений живописи и графики, редкие фотографии, ноты, никогда ранее не публиковавшиеся архивные документы – и сопровождается показом мультимедийного фильма о Святославе Рихтере, подготовленного сотрудниками отдела музыкальной культуры ГМИИ.

«Музыка в моей жизни главное, но она всё же не вся моя жизнь…» – говорил Рихтер. На протяжении многих лет он проводил свой досуг в занятиях живописью, его учителем стал удивительный художник Роберт Фальк, чей своеобразный стиль, как ни странно, не просматривается в работах Рихтера – они полны личной органики и несут собственный стиль. Учитель так отозвался о своём ученике: «Если бы он не был великим пианистом, то был бы прекрасным художником». Примечательно, что работал Рихтер только в одном жанре – пейзаже и писал только по памяти, в тишине своего кабинета, ночами, в одиночестве: «Луна. Китай», «Ночью на извозчике», «Сумерки в Скатертном»… И палитра его, можно сказать, однообразна: приглушённые тона холодной гаммы. В этих картинах утрачена чёткость – словно в тумане, издалека, всё размыто, и глаз ровно скользит, не находя возможности (или надобности?) зацепиться. Это образ вневременной реальности, преходящей обыденности, нашей жизни.… Здесь сосредоточена грусть, настолько безмерная и постоянная, что стала неотъемлемой частью пейзажа. И даже если кое-где появляются «случайные» персонажи, именно грусть – единственное и главное недействующее (а воздействующее) лицо…

По мнению И.А. Антоновой, для живописи Рихтера характерно ярко выраженное лирическое чувство, всегда есть какой-то внутренний сюжет, даже если он не сразу виден, но он есть. Все, кто лично знал Святослава Теофиловича, наблюдали его чрезвычайную скромность и колоссальное трудолюбие, недовольство собой, неуспокоенность и неудовлетворённость, как бы успешно ни принимала его публика, как бы ни были мы уверены в его абсолютной гениальности... Дилетанту сложнее скрывать свой внутренний мир, он так или иначе выйдет на поверхность и расскажет о художнике всё, о чём болит его душа. В случае с Рихтером мы видим, что хобби – его отдушина, потребность быть откровенным наедине с холстом и красками. Поэтому верить этой неизбывной грусти особенно печально…

Наряду с работами Рихтера на выставке представлены картины друзей-художников – Роберта Фалька, Анны Трояновской, Дмитрия Краснопевцева, Василия Шухаева, Елены Ахвледиани. Некоторые работы музыкант приобретал, но многие картины и рисунки в его коллекции – подарки друзей и почитателей, среди которых: Пабло Пикассо («Битва всадника с быком» и «Голубь мира»), Оскар Кокошка (портреты Рихтера), Ренато Гуттузо («Шуточный рисунок»)…

В документальной части выставлены многочисленные высокие награды Рихтера, рукописи и редкие издания музыкальных сочинений: ноты произведений, написанных специально для пианиста Сергеем Прокофьевым (Соната для фортепиано № 9) и Бенджамином Бриттеном (Каденция к концерту № 22 В.А. Моцарта), а также издания с авторскими автографами Аарона Копленда, Артура Онеггера, Генриха Нейгауза, у которого Рихтер учился в консерватории...

Сказать, что Святослав Теофилович Рихтер (1915–1997) – эпоха, значит привязать его к историческому периоду, однако даже при его личностном отклике на события своего времени (например, концерты в блокадном Ленинграде), при его всемирной известности и безоговорочном признании всё-таки это музыкант вне формата, вне шкалы, вне времени. А вот что касается пространства – его мы видим в картинах Рихтера. С концертами он объездил немало стран и континентов, но в памяти (он же по памяти писал!) его хранились здешние, наши, российские пейзажи – его страна, его Родина. Она мало изменилась – выглянем в окно, выйдем на улицу, пройдёмся по парку, – мы увидим это пространство, оно у нас с Рихтером общее. Но он сохранил его для нас ещё и в своих картинах. Жаль только, что в этом пространстве нет уже самого Рихтера…

Выставка работает до 5 апреля