Джамбулат Кошубаев
Не гладиаторы – варвары праздные,
мы на арене стоим Колизея.
Каменным ложам
смешны и ничтожны
зрелища наши
и пресен наш хлеб.
Им, воочию видевшим Цезаря
и бога Поллара,
вселявшего ужас в сердца, –
мы непонятны.
Солнцем согретым,
изнеженным варварам
трудно представить,
что Ужас – прекрасен,
что в колеснице бога войны –
не Марс, а мы сами,
и правит могучей квадригой
возница Поллар – Ужаса бог.
Варваров праздных
тени скользят по камням,
их голоса отдаются
эхом приветствий
идущих
на смерть.
* * *
Песочные часы. Шуршит песок –
все покрывается песчинками забвенья.
О если б их перевернуть я мог
хотя бы на одно мгновенье!
Но кто предстанет взору моему,
какие чувства всколыхнутся снова,
чьи голоса из немоты былого
откликнутся, когда их позову?
Струится нескончаемо песок,
прессуя каждое мгновение в суглинок,
чтоб будущий гончар опять извлёк
любви бессмертной плазменную глину.
Пьета Ронданини
1
Моля не оставить его,
лицом прижимаясь к руке,
беспомощно тело
прильнёт напоследок
к уходящей душе.
2
Тело прильнуло к душе
или душа к телу –
не разобрать:
перестал быть камнем камень.
Ваять
рука не устала
и много ещё
сказать бы успела,
да время приспело
самому
на чужих руках
тяжестью стать онемелой.
Колебался. Но верой своей
одолевал страх.
Знал – предстоит остаться в веках
символом совершенства,
знал, сомневаясь в совершенстве своём,
поскольку шёл к горизонту
и всегда
отодвигал горизонт.
Видел – приближается час.
До последнего вздоха
творил неустанно,
словно сам себя
умножал многократно.
Слыл неуживчивым.
Можно подумать,
что булочник или жена мясника
к людям терпимей.
Терпеть – особое нужно искусство.
Работал, не разгибая спины –
потому
неуживчивым слыл у бездельников.
Что до любви –
вся она перед вами.
И если хоть кто-то
так был любим
и способен любить,
то имя ему –
Микеланджело Буонарроти.
Брейгелевский мотив
Рае Кучмезовой
Белеет снег. От холода дрожат собаки.
Охотники спускаются с холмов.
Им видятся уже очаг и тёплый кров,
тяжёлые с трудом передвигая ноги,
охотники спускаются с холмов.
2
С утра был гон. Звенел собачий лай –
они гнались за перепуганной лисицей –
от смерти ей уйти не удалось.
С нелёгкой, но заслуженной добычей
охотники спускаются с холмов.
3
И скоро, разомлевши от тепла,
они раскурят трубки и расскажут,
как страшен лес, про поиски следов
и про дракона, что живёт в пещере, –
охотники спускаются с холмов.
4
– Я говорю, драконов было два,
тому свидетель – рыжая лисица.
Из первых слышал уст –не с чьих-то слов!
– Ну как поверить в эти небылицы?!
Охотники спускаются с холмов.
5
Всё глуше голоса и разговоры:
– …какою снежной выдалась зима…
– …а главное – вернулся жив-здоров…
– …корова отелилась, молока…
Охотники спускаются с холмов.
6
Снег быстро заметёт следы шагов,
и надо проследить, чтоб не отстали
ни юный Питер, ни хвостатый Плут,
за партией плетущийся устало.
Охотники спускаются с холмов.
Старинное фото
Всегда серьёзные на вид –
из вечности взирают в вечность.
Запечатлел дагерротип
их простоту и человечность.
По моде безвозвратных лет –
кинжал, папаха и черкеска.
Им, пережившим столько бед,
дана на время передышка.
Они не знают, что грядут
и революция, и голод,
и на расстрел уже ведут
того, кто верен, чист и молод.
Всё впереди, и здесь пока
они с уверенностью в завтра
спокойно смотрят. Лишь слегка
тень набежала от чинара.
* * *
Между прошлым и будущим
разницы нет.
Я – уравненье. Я – в фокусе свет.
За мною, во мне – здесь и сейчас
веков вереницы и прах фараонов.
Я – первый,
я – последний из вас,
мне в спину глядящая
тьма легионов,
ушедших до нас.
