Иван Ворожейкин
Ася Володина. Часть картины: роман.
– М.: Издательство «Редакция Елены Шубиной», 2026. – 384 с. – (Классное чтение).
Вынести в название рецензии цитату из песни (это, к слову, Глеб Рудольфович Самойлов) – не моя идея. Из названий глав книги Аси Володиной «Часть картины» можно составить отличный плейлист. Впрочем, в конце данного издания он и так указан.
Вкрапления «Наутилуса», «Пикника» и «Агаты Кристи» органичны настроению этого романа Аси Володиной. Автор пишет о «средней учительнице в средней школе». Само словосочетание «средняя школа» сразу резануло меня, но резануло в хорошем смысле. Аттестат я получил пять лет назад, но руки, кажется, до сих пор помнят тщательное выписывание «муниципального общеобразовательного автономного учреждения» во всевозможных бумажках.
Таких «резов» по главам разбросано очень много. И это хорошо. Прозвучит странно, но Ася поразительно работает со штампами, мастерски обыгрывая их. Позволю себе цитату: «Он обещает организовать обогрев и вновь исчезает, так и не ответив на вопрос, пусть даже вопрос был риторическим, как и положено клише из сочинения ЕГЭ (объём не менее 150 слов, работа без опоры на прочитанный текст не оценивается, пишите аккуратно, разборчивым почерком)».
Может, люди, не прошедшие через ЕГЭ, не поймут всей своеобразной сакральности этой фразы, но лично у меня она, как и подобные ей упоминания сочинений на 150 (или на сто пятьдесят, буквами, чтоб дотянуть до объёма и училка не пристала) слов, вызвала улыбку. Не радостную, но и не грустную. Мне просто было приятно подумать о том, что современные школьные реалии появляются на бумаге.
Начинается роман… путанно. Главная героиня кому-то звонит, кого-то о чём-то просит, где-то сидит. С самого начала картинка расколота, постепенно она складывается в единый пазл. Но я несколько раз ловил себя на том, что пытаюсь бежать впереди автора и угадать личность загадочного благодетеля. Промазал все три раза. У автора получилось «напустить туману», да так, что от первых глав остаётся ощущение, словно сосед по парте нашептал тебе сплетню, в которой не хватает деталей. Я намеренно не пересказываю в рецензии сюжета, чтобы не ломать игру, столь тщательно выстроенную Асей Володиной.
Оказывается, что Софья Львовна – так зовут главную героиню книги – спасла незнакомую девочку от нападения. Это геройство, пусть и спонтанное, превращает учительницу в звезду школы, что отчаянно не нравится директрисе Елене Георгиевне и училке Нине Николаевне. Нет, я не ошибся, именно «училке», а не «учительнице»: на мой взгляд, между этими двумя понятиями огромная разница. Думаю, большинство читателей сможет подставить вместо этой парочки кого-нибудь из своего школьного опыта. Я не могу назвать это «радостью узнавания» – чего радостного в том, что злые и желчные люди обитают в школах? – но «злорадством узнавания» могу. Так изящно и колко ткнуть в проблемы образовательной системы, не оскорбив никого прямым текстом и не уйдя в «обличительство» (ещё один штамп с уроков про «Горе от ума»), надо было суметь – и Володина сумела.
Понравились «драматические» вставки. Эпизоды, где герои собираются на совещания, или фрагменты, где тайком проводится запись на диктофон, оформлены в виде мини-пьес.
«Одно сообщение – и все эти люди увидят сценку из школьной жизни. Не Бергман, конечно, скорее Германика…»
Надеюсь, когда-нибудь весь роман превратят в постановку – на это было бы интересно посмотреть.
Есть, конечно, и парочка минусов, пусть и не очень заметных. Странной кажется манера речи Егора – парня-наблюдателя на выборах. Ему, конечно, всего двадцать один год, но двадцатидвухлетний я удивился, увидев, что в разговорах со старшими он позволяет себе «кринжи» и «сорри». С другой стороны, эти современные словечки могут пойти образу на пользу, всё-таки подобная дерзость ему соответствует.
Сначала хотелось отнести к минусам реакционность и нереалистичную нервозность школьника Вихрева. Мне подумалось, что ни один парень, пусть даже самоуверенный, не сможет ляпнуть учительнице, что он «нравится девушкам». Посидел, повспоминал одноклассников… словом, минус пришлось вычеркнуть. Достоверность образов, в которых очень легко сгустить краски, – одно из главных достоинств Володиной.
Позволю себе штамп и задамся вопросом: а для кого же эта книга? Для выпустившихся из школы пару-тройку лет назад, чтобы узнать себя и «подумать над своим поведением». Для родителей этих выпустившихся, чтобы понять, с чем и с кем приходится сталкиваться их детям. Для тех, кто думает, что во всех школьных проблемах виноваты ученики, и для тех, кто уверен, что во всём виноваты учителя.
У Аси Володиной получилось создать мир страшнее любой антиутопии, и страшен он именно своей реалистичностью. Кормильцев, несколько раз цитируемый в названиях глав, точно бы оценил.
