Идея хороша. Но исполнение...

Что передало школярам Министерство образования и науки под названием «100 книг по истории, культуре и литературе народов Российской Федерации»?

И вот уже через год министерство отчиталось об исполнении главного этапа державного поручения. Обнародован тематический план Библиотеки. В сопроводительном письме сообщалось: список книг освящён заботами Минобрнауки, ещё двух министерств и двух академий. Шли и такие похвально-хвалебные строки: «Кроме того, рассмотрение данного вопроса было организовано на Международной научно-практической конференции с участием ведущих библиографов детской литературы, специалистов по педагогике и психологии чтения, детских и школьных библиотекарей, на Всероссийской научно-практической конференции с представителями региональных органов управления образованием субъектов Российской Федерации и представителями региональных институтов повышения квалификации».

Чем же обернулись труды этой превеликой когорты, кою мобилизовал Минобрнауки, пообещав составителям списка два миллиона рублей?

Издан 100-томник. Что же в его трёх разделах?

История. Надо бы восторженно повосклицать: ей отдано с томами историков, публицистов, биографов, мемуаристов и даже с былинами и эпосами почти 20 названий. Но обеспечивают ли они связную панораму жизни народов страны?

…Революция и Гражданская война. Отвергли рекомендацию В.В. Путина в той самой статье, где он обозначал идею 100 книг: «Культурная политика, которая на всех уровнях – от школьных пособий до исторической документалистики – формировала бы такое понимание единства исторического процесса, в котором /…/ потомок «красного комиссара» или «белого офицера» /…/ ощущал бы себя наследником «одной для всех» – противоречивой, трагической, но великой истории России».

Увы, тематическому плану Биб­лиотеки надо ставить диагноз – искажающий дальтонизм. Минобрнауки выбрал для «исторической документалистики» один цвет – белый: записки генерала Дени­кина.

Утаили также крестьянские войны и восстания (в т.ч. антикрепостнические), политические инакомыслия дворянства и разночинцев, распространение социал-демократии. Пренебрегли опытом Запада: там таковые явления ничуть не замалчиваются и лишь подвергнуты современному толкованию.

История советской власти глазами мемуаристов представлена лишь одним автором, зато в трёх томах: И. Эренбург «Люди, годы, жизнь».

Великая Отечественная война обошлась и без историков, и без фронтовой документалистики.

Биографии (беллетризированные): Чингисхан, Батый, декабрист Лунин, Грибоедов и император Александр III. И это-то, имея историю страны в тысячелетнем измерении, в канун 70-летия Победы над фашизмом.

…Обзорные тома. Инока Нестора «Повесть временных лет», А. Ишимовой «История России в рассказах для детей» (написана в 1841 г.), эмигранта Г. Вернадского «Начертание русской истории» (1927 г.) и Л. Гумилёва «От Руси к России». Но можно ли всё это давать неискушённым читателям без вступительных статей и комментариев? Почему не создали сборный том, включив в него самые программные извлечения из трудов всех выдающихся историков?

Культура. На эту тему здесь лишь два труда – академика Дм. Лихачёва по «Слову о полку Игореве» и Ю. Лотмана по «Евгению Онегину». Что же не добавили просветительский том с очерками о художниках, музыкантах, архитекторах и деятелях театра и кино?

Художественная литература. Её золотой век – внимание! – остался без Пушкина. Для Минобра он – не «всё наше»! И без Лермонтова! И без таких уж совсем «школьных» Фонвизина, Крылова, Грибоедова и Некрасова! Может быть, мыслили, что в учебниках и так предостаточно классики? Но однако же включены во внеклассное чтение Гоголь, Гончаров, Достоевский и Л. Толстой. Где логика?

ХХ век. Вопросы, вопросы… Есть в двух томах К. Симонов (в третьем стихи), К. Паустовский и Ф. Искандер, а также книги В. Дудинцева, В. Аксёнова, В. Токаревой, А. Алексина, Л. Петрушевской. Но сброшены с корабля современности М. Горький, А. Чехов, Ал. Толстой, М. Пришвин, А. Платонов и такие корифеи, как Л. Леонов, Евг. Носов, Вас. Белов, Ю. Казаков, О. Куваев, В. Личутин. Почему-то из пяти наших нобелевцев здесь только один – И. Бунин: «Тёмные аллеи» (актуально для подростков?).

Отчего к Гражданской приобщают рассказы И. Бабеля без эпохального «Тихого Дона»? Зачем поэзию отлучили от А. Блока, С. Есенина, В. Маяковского, А. Ахматовой, А. Твардовского? Дали Д. Самойлова и Р. Рождественского, но «запретили» Я. Смелякова, Л. Мартынова, Вас. Фёдорова, Вл. Соколова, Е. Евтушенко, Вл. Кострова и Юр. Кузнецова. Драматургия: есть Е. Шварц. Но нет В. Розова, уж не говорю про «старика» А. Островского. Фантастика обошлась без своего классика – Ив. Ефремова.

Об оптимальности состава. Ожидаю: мне в ответ на замечания по составу 100-томника быть раздражению: попробуй-ка втиснуть в 100 книг всё богатство отечественной духовности.

А я в ответ с учётом своего с 1962 года издательского опыта (в т.ч. директорства в «Художественной литературе»): «Отчего не изучили, как создавали «Библиотеку всемирной литературы» (200 томов)?» Два непреклонных условия определили её уровень. Во-первых, на заключительной стадии за качество издания отвечал обнародованный на титуле редакционный совет с полусотней авторитетнейших деятелей при 15 академиках и иных выдающихся учёных. Во-вторых, использовали возможности антологий.

Минобру главный редактор не понадобился. Пренебрегли всеохватными антологиями лучших образцов и поэзии, и малого жанра в прозе, и мемуаров, и исторических сюжетов, и биографических портретов.

И ещё о несуразицах. Объявлено министерством, что границы Библиотеки – Российская Федерация. Но, однако, наищедро включены семь иностранных томов: Киргизия (два), Грузия (два), Белоруссия, Азербайджан и Армения. Но как откликнутся на такой произвол другие народы былого СССР?

У учителей свои претензии:

– первый том обязан был иметь вступительную статью с рассказом о замысле этого огромного издания и с полным его списком (компас поиска нужных книг);

– никак нельзя лишать издания для школьников справочного материала: краткая биография автора, доступный возрасту читателя комментарий к историко-социальным реалиям и толковый словарик к устаревшим словам и понятиям;

– не представлены самобытные цивилизации чеченского, ингушского и нескольких народов Поволжья, Севера и Дальнего Востока;

– явно обделены вниманием (история и культура) самые младшие школяры;

– нет иллюстраций, и это в Библиотеке для школьников (!). Непостижимо.

Каков тираж? Всего-то – 1500. Но школ более 53 тысяч. В той, где я знакомился со 100-томником, – всего один набор. Так какой будет очередь на желанную книгу в двух выпускных классах с почти пятьюдесятью книгочеями? Купить? Цена набора – более 33 тысяч рублей.

И наконец о том, что выявили к своей дополнительной досаде мои консультанты-учителя. Изданный состав отличается от того списка, который был утверждён министерством. И 109 томов! Исчез именно юношеский роман Каверина «Два капитана», а Тукаю что-то прибавили. Впрочем, в одном случае замена на пользу: вместо Набокова появился Салтыков-Щедрин.

Я написал письмо в министерство с запросом, кто утверждал список? Ответа не добился (поди гадай, отчего скрывают)…

Итоги и идеи. Но всё-таки как сподвигнуть юных сограждан к достойному духовному кругозору? Ясное дело, что надо завершить разработку свода чтения. Затем «оцифровать» тексты и с помощью интернета (бесплатное скачивание) снабдить ими каждую школу. Когда ещё появятся деньги для печатного варианта. Да в двух измерениях: основной список и список для повышенных запросов. И внушать школярам надобность обогащать гуманитарный багаж – создать журналы «Юный книгочей» и «Юный историк». Для начала хотя бы в интернет-варианте.