Порой кажется, что в стране объявлен конкурс на самые шокирующие идеи в сфере образования. То предлагали исключить классиков первой трети XIX века и всей предшествующей русской литературы из ЕГЭ, то перестать учитывать результаты экзамена по русскому языку при поступлении в вуз на технические специальности, то вознамерились быстренько готовить учителей в колледжах. Но последняя инициатива превзошла предыдущие: ряд депутатов Государственной думы предложили внести изменения в Трудовой кодекс, допустив к преподаванию лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления.
Для автора этих строк, в своё время предоставившего при устройстве на работу в школу-интернат имени А.Н. Колмогорова справку об отсутствии судимости, большим открытием стал факт, что уже сейчас педагогом может стать осуждённый за преступления небольшой и средней тяжести (например, за побои или похищения). Новый законопроект позволяет преподавать и тем, кто получил срок за, к примеру, грабёж, вымогательство, коррупцию, – за все преступления, кроме убийств, изнасилований, педофилии (и на том спасибо?!). Сообщества родителей, учителей активно выступили с критикой возмутительной инициативы, их разумные аргументы настолько очевидны, что приводить их кажется излишним.
Мои коллеги-учителя с гордостью считают своё призвание не только важным, но и высоким. Без тени иронии, собираясь на урок, они говорят, цитируя Некрасова: «Пойду сеять разумное, доброе, вечное». Коллегам очевидно, что их дети (не просто ученики, а именно их дети!) – это наше завтра, это будущее страны, которое создают педагоги, как бы возвышенно это ни звучало. При этом сопротивление бюрократическим препонам, потребительскому отношению к педагогу становится каждодневной рутиной, но коллеги терпят – покуда есть силы. Главное для учителя – его миссия, и поэтому он изобретатель (удивить), артист (увлечь), продвинутый пользователь современного образовательного оборудования (идти в ногу со временем).
Судя по всему (надеемся!), всё идёт к тому, что после широкого общественного резонанса хотя бы этому законопроекту не дадут ход. Однако сам факт возникновения таких завиральных идей говорит о глубинной проблеме современной образовательной системы – дефиците кадров.
Сегодня школьный учитель – человек с катастрофической нехваткой времени: кипы тетрадей с домашними заданиями, работа на износ и невероятное количество отчётов. Педагог всем что-то должен: вложить знания в голову детям, преодолевая их сопротивление, отчитаться перед родителями хорошими оценками, на которые они, порой безосновательно, рассчитывают, а руководству школы угодить неукоснительным выполнением сомнительных бюрократических процедур. Оказавшись в сфере «образовательных услуг», учитель лишился многих прав, но приобрёл обязанности, напрямую не относящиеся к профессии. От него требуют даже особенно корректного поведения в личной жизни – вспомним скандал с увольнением учительницы за фото в купальнике, размещенное в соцсетях. Всё это – за скромную зарплату, позволяющую лишь выживать (всё равно свободного времени нет, чтобы денежки тратить!).
На днях вице-премьер РФ Татьяна Голикова сообщила о нехватке в стране около 11 тыс. учителей. Но решать проблему надо всё-таки, не привлекая «исправившихся» заключённых (автор верит в исправление людей), а повышая престиж профессии.
Александр Марков, филолог, преподаватель школы-интерната МГУ имени А.Н. Колмогорова
