Смотрю передачу «Прав!да?» на ОТР. И тут в левом нижнем углу вижу надпись: «The Люди». Что вы хотели мне, зрителю, сказать?
Хаб, фейк, драйв, флэшмоб, дайвер, онлайн, стрим, лайфхак… Слава богу, эпоха «Маде ин Канада» прошла.
Спросил двух мужчин, употребивших в разговоре слово «волонтёры»: а как это по-русски? Начали гадать: помощники, сиделки, посыльные, почтальоны, курьеры. Не угадали – добровольцы. А ведь это слово, несмотря на все разговоры о защите русского языка, внесли даже в новую Конституцию России. Недалеко и до того, что зазвучит, наверное, в гармонизированном варианте песня: «Комсомольцы, волонтёрцы.»
Шасси, шофёр, джинсы, кофе, сюрприз, аппетит, конфуз, фиаско, батальон, капонир, виолончель, фортепьяно, рояль, парашют, блиндаж,
отель, магазин, салют, фейерверк. и ещё сотня других слов имеет иностранное происхождение. Но если есть красивые русские слова, то с какой стати менять их?
У нас рукоделие, а не хэндмэйд.
Покупки, а не шопинг.
Творчество, а не креатив.
Приёмная, а не ресепшен.
Не уик-энд, а выходные.
Не о’кей, а хорошо.
Не фейк, а фальшивка, ложь.
Не стагнация, а замедление.
Не толерантность, а терпимость.
Народ есть до тех пор, пока есть у него язык. Если так дальше пойдёт, то через два поколения русских не будет.
Виктор Александров, Жуковский
