Московский театр оперетты при его нынешнем директоре Владимире Тартаковском уже много лет из кожи лезет вон, чтобы быть модным и актуальным. Оперетта теперь здесь загнана на задворки афиши и поётся исключительно в микрофоны, пугая иногда забредающих сюда поклонников старомодного жанра и академического вокала несбалансированной подзвучкой и грохочущими децибелами. Зато пышным цветом здесь расцвели мюзиклы всех мастей – и покупные от и до, и собственного изготовления, и даже специально заказанные ныне живущим творцам.
Очередная такая попытка предпринята театром под конец сезона. Здесь дебютировал в качестве композитора крупной формы известный эстрадный исполнитель и продюсер Аркадий Укупник – он написал мюзикл «Ромео vs Джульетта ХХ лет спустя» в соавторстве с либреттистом Кареном Кавалеряном. Что в современном кино, что на эстраде, что в музыкальном театре, новых идей сейчас практически нет – жуём старую жвачку, то есть по сотому разу переставляем, перелицовываем, переиначиваем классику. Постмодернизм словом. Да и то: известные бренды по закону маркетинга продаются гораздо лучше высокорисковых новинок, поэтому Шекспира и его бессмертное творение решили подновить и досочинить-продолжить: а что было бы, не умри веронские любовники, а спасись бегством в приморскую Геную?
А было бы с ними то, что всем давно известно: как там у Маяковского – «любовная лодка разбилась о быт»? Поженившись, они «хозяйством занялись»: у поседевшего Ромео (Василий Ремчуков) – контрабандный бизнес сочетается с рэкетирскими наездами на генуэзских торгашей, у лощёной Джульетты (Анна Лукоянова) – дочь Виолетта (Мария Иващенко) на выданье и светские развлечения – балы, приёмы, гламурное дамское общество. Скука и бытовуха заели обоих, поэтому первый ищет утешения в объятиях певички Кармелы (Алёна Голубева) из портового кабака, вторая охотно принимает ухаживания импозантного генуэзского дожа (Максим Катырев). Шекспиру (Александр Бабик), который является через двадцать лет посмотреть на свои креатуры эдаким кукловодом-инкогнито, всё это крайне не нравится, и он решает освежить чувства сорокалетних через искорку в отношениях уже нового поколения: юная Виолетта влюбляется в сына Париса (того самого, кого когда-то прочили Джульетте в женихи родители) Франческо (Дан Розин). Последний не вполне понятно, какого лешего припёрся из Вероны, ещё менее очевиден мотив путешествия старого сводника падре Лоренцо (Михаил Беспалов), который в итоге венчает уже следующую пару романтических любовников.
Вся эта латиноамериканская клюква, абсолютно сериальная мыльная опера за версту отдаёт такой унылой вторичностью, списанной из всех мыслимых и немыслимых источников мировой литературы, театра, кинематографа, да и мюзикла тоже, что аж скулы сводит. Но у продукта есть своеобразная гармония: музыка Укупника под стать либретто, невероятно конгруэнтна ему – она столь же непритязательна и вторична, в ней тренированное ухо узнаёт буквально всё подряд, от Эндрю Ллойда Уэббера до «Каникул в Простоквашино», как говорится, «с миру по нитке...». Простые, но яркие мелодии, лихие ритмы, громогласная прямолинейная оркестровка – кажется, что на тебя обрушивается хит за хитом: эдакая «дискотека восьмидесятых», благо, что и возраст титульных героев как раз соответствующий. При этом своего рода сюита Укупника совершенно лишена даже намёков на стилистическое единство (даже в рамках этой эстрадно-дискотечной поп-эстетики): всё пестро, разнокалиберно, эклектично до невозможности.
Несмотря на в общем-то убогость музыкально-драматургического материала, поп-шоу Театру оперетты удаётся: ведь собственно основы музыкального театра в подобного рода ревю – совсем не важны, они лишь оболочка, игра в «приличия». Главное, чтобы картинка была ударной: яркой, динамичной, лучше кричащей, бесшовно склеенной. Режиссёр Алексей Франдетти как раз такое шоу-ревю и выдаёт на-гора, где всё пластично, ладно пригнано, кинематографически стремительно. Шикарные массивные декорации Вячеслава Окунева вполне убеждают публику, что она видит ренессансную Геную, роскошные костюмы, как и положено в оперетте, буржуазно приторны, умелые и динамичные танцы Ирины Кашубы – весьма к месту и добавляют действу ещё большего драйва.
Грохочущий оркестр маэстро Константина Хватынца не даёт публике опомниться – держит высокий тонус шоу, при этом играет весьма слаженно, и даже медь – ахиллесова пята многих наших инструментальных коллективов – звучит достойно. Вокальные партии спеты по-мюзиклову честно: у женщин более плоскими и визгливыми голосами, у мужчин – более оперными, академичными. Режиссёру удаётся добиться естественности стихотворных диалогов – они не звучат пародийно, а артисты переходят с пения на разговор и обратно вполне органично, что свидетельствует о правильном темпоритме музыкального спектакля. Всё бы это ничего, и даже вполне имеет право на существование, но, кажется, не в академическом театре, коему стоило бы, пожалуй, быть поразборчивей с выбором авторов и предлагаемого ими материала.
Александр Матусевич