Вячеслав Ирин
Поэт, публицист, прозаик, музыкант. Член Союза журналистов России. Родился в 1969 году в городе Чапаевске Куйбышевской области. Окончил Литературный институт имени Горького (поэзия). Печатался в периодике, произведения публиковались в нескольких поэтических сборниках России и Республики Коми: «Белый бор», «Актированный день», «Под полуночным солнцем», «Высокие широты» и других. В журналистике с 1991 года. Служил в газетах «Заполярье», «Воркута: час пик», «Воркута деловая», «Московский комсомолец в Воркуте», «Хит-Инфо», «Воркута Плюс», «Собеседник Армавира», «Импульс». Работал тележурналистом в армавирских отделениях ТНТ и «Рен-ТВ», корреспондентом на воркутинском телевидении и в компании «ТВ-Гало». Живёт в Воркуте.
* * *
Под изломом застывших планет
Я живу как бы наоборот.
И, конечно же, вечности нет,
Как и нет Никитских ворот,
И тебя. Это всё ерунда,
Это блажь, это сущность моя.
И твоё прошлогоднее «Да»
Возвращаю нетронутым я.
Забирай. Всё ушло из меня
Навсегда. Век оплачен судьбой.
Лишь каких-то два прожитых дня
То ли с вечностью, то ли с тобой
Иногда промелькнут за окном.
Я на миг встрепенусь!.. Пустяки.
Я сегодня уверен в одном:
В прошлом жить мне уже не с руки.
* * *
Спи! Тебе так сладко спится
В час предновогодних дней!
Ночь насажена на спицы
Перламутровых огней.
Снов сакральных вереница,
Яви светополоса…
Спи! И пусть тебе приснится
Ветер, рвущий паруса,
Бег морской волны к рассвету,
Радость заполярных зим.
Спи! И добрые приметы
Станут почерком твоим.
Месяц в фазе полнолунья.
Мгла зыбка. Мороз суров.
А к тебе весна-шалунья
Сказкой северных ветров
По снегам и тропам мчится,
Обновляя свет и тень.
И вот-вот уже случится
Наш с тобой желанный день.
Спи! Тебе так сладко спится
Вне печалей и невзгод.
Принесут на крыльях птицы
Новый день и Новый год.
И тогда под небом ранним,
Ожерельем звёзд звеня,
Скажешь ты одним дыханьем;
«Я пришла. Встречай меня!»
* * *
В некий миг возвращённых надежд,
Обусловленных зыбкой тревогой,
Будет ночь по-восточному строгой,
Будет день по-осеннему свеж.
От сомнений, что путают след,
До небрежно заученной веры
Я ищу обречённо примеры
Возвращения прожитых лет.
И почти что навечно исчез
Строгий образ единого Бога.
Но во всём отражается строго
Воля настежь раскрытых небес.
Наблюдая за кратной звездой,
Что горит в волосах Андромеды,
Я спешу через Тору и Веды
Разминуться с грядущей бедой.
* * *
Квадрат магический решён.
Просчитан путь до новой тени.
Спокоен. Светел. Пью крюшон.
Легенды вымерших растений
Полузабыты, но свежи;
Неискушённо их убранство.
И вытесняют этажи
Развоплощённое пространство.
Движенье дней завершено.
И как последний символ веры –
С весны немытое окно
И мир за ним бездарно серый.
* * *
На блеклом отрезке пространства
У наспех сколоченной двери
Играю в своё постоянство,
В само постоянство не веря.
Добавив печаль вековую
К несмелым наброскам уюта,
В уставшие губы целую
Неверную женщину чью-то.
И в густо раскрашенной ночи,
Напившись вина пробужденья,
Она непременно захочет
Увидеть моё отраженье.
И я – отразившись, – в смятенье
От мысли, что стал независим,
Вернусь к бесконечному чтенью
Твоих ненаписанных писем.
