Ленинградец

Он был совсем не похож на артиста. Ни яркой героической внешности, ни буйного темперамента, ни чарующего тембра. Происхождение сугубо интеллигентное – из ленинградской преподавательской семьи, соответствующее воспитание. Блокадное голодное детство. Неудавшаяся эвакуация, когда они с мамой и папой не смогли загрузиться на катер, который должен был увезти их из Ленинграда, – не уместились, катер уплыл без них… и в него попала бомба, все, кто был на нём, погибли. Маленький Андрей видел это и запомнил. Ленинградские интеллигенты отличаются от сибаритов-москвичей некой сдержанностью и бережным отношением не только к еде, но и вообще к жизни.

Что заставило молодого человека, окончившего ленинградский Политех, совершить крутой поворот: уехать в Москву и поступить в Школу-студию МХАТ? Любовь к театру и Станиславский, который самым достойным людям открыл дорогу в это ранее не очень достойное (актёров хоронили за церковной оградой) занятие. «Вся система Станиславского – это поиск этического оправдания лицедейства», – говорил великий критик Павел Марков. Благодаря Константину Сергеевичу и его ученикам люди театра стали не только уважаемыми гражданами, но и лидерами общественной жизни. Артисты ефремовского «Современника», любимовской «Таганки», товстоноговского БДТ вставали вровень с выдающимися писателями и учёными. Сейчас об интеллигенции всё чаще говорят без почтения, но Андрей Васильевич был истинным чеховским интеллигентом, недаром его любимый герой в театре – Войницкий из «Дяди Вани».

А первая роль, которую сыграл Мягков в кино, была роль врача, который имел дар удалять зубы без боли, в фильме Элема Климова по сценарию Александра Володина. Необычный герой, ни на кого не похожий – таких обыкновенных необыкновенных людей на нашем экране не было. В фильме Марка Донского «Надежда» он сыграл и необычного Ленина, главное в котором была влюблённость в Надюшу, которую играла Наталья Белохво– стикова. Потом был раздираемый карамазовскими страстями и противоречиями Алёша в замечательном фильме Ивана Пырьева, где партнёрами молодого Мягкова были признанные мастера: Марк Прудкин, Михаил Ульянов, Кирилл Лавров.

В его актёрском кинобагаже появились и образы писателей: Герцен и Гайдар, потом главные роли в экранизациях Булгакова и Островского – противоположные ипостаси русского интеллигента: отвечающий за сотни юнкеров полковник Турбин и несчастный чиновник Карандышев.

И вот Женя Лукашин, герой ушедшего времени из телефильма, который видели все. Несмотря на то что «Иронию судьбы» стали переоценивать и даже низвергать, это неизменно самая рейтинговая новогодняя сказка. Говорят о советском инфантилизме, о «гнилой» интеллигенции, которая крайне легкомысленно относилась к тому, что казалось незыблемо, и жаждала перемен, за них сражалась… А перемены эти привели к тому, что Турбины были низведены до Карандышевых. И той интеллектуальной среды, и той интеллигенции не стало. Но Лукашин, спьяну разрушивший жизнь трёх людей и, как мы узнали из сиквела, не создавший на пепелище ничего, всё равно вызывал и вызывает симпатию. Потому что он не просто интеллигент, он одно временно и Иванушка-дурачок, и дядя Ваня. И донкихот. Такой же, как и сам Андрей Мягков, который, на протяжении почти пятидесяти лет один из самых любимых актёров страны, никак не монетизировал свою огромную популярность. Всегда скромен, не публичен, закрыт, хотя с коллегами деликатен и доброжелателен.

О драме смены поколений и преемственности русско-советской интеллигенции Марлен Хуциев снял замечательное «Послесловие», где в великолепном дуэте сошлись 75-летний Ростислав Плятт и 45-летний Мягков. Вслед за своими великими учителями Андрей Васильевич всего себя отдавал театру, считая главными для себя чеховские образы, которые он проживал, сливаясь с ними полностью.

Для него очень важен был период преподавания в Школе-студии МХАТ. Мягков относился к этой работе не то что ответственно – свято. Помню, как во время экзаменационного показа одна его студентка очень волновалась, оттого, наверное, выглядела в отрывке крайне нелепо, и студенты, сидевшие в зале, стали хихикать и ржать над нею, и тут Мягков, сидевший в первом ряду, взвился и так гневно обернулся к зрителям, сверкая очками и огромными сквозь линзы очами, что все хохотуны проглотили свой смех. И был он в этот момент прекрасен и страшен. Некоторые, кстати, сравнивают героев Мягкова в «Гараже», «Служебном романе» и «Жестоком романсе» с взбунтовавшимся Акакием Акакиевичем, превратившимся в капитана Копейкина.

Ушёл он из студии в конце перестройки, после того как не смог помочь своим выпускникам устроиться, никого из действительно талантливых людей после многочисленных показов в театры не брали. Что-то в отношении к профессии стало тогда меняться, а в 90-е случилась катастрофа – за что боролись, на то и напоролись, – театры в рыночных условиях стали жить очень трудно. К тому же великие мастера уходили, а на их место заступали менеджеры, для которых деньги были важнее Чехова. Мягков не участвовал в шумных протестах, но, безусловно, тяжело переживал изменения в российском театре, в том числе и в МХТ. И о положении дел в кинематографе он отзывался крайне критично. С горечью говорил о том, что хорошие актёры соглашаются сниматься в ужасных сценариях. Гонка за деньгами в антрепризах, коммерциализация театра, американизация кинематографа возвращают их в достаниславские, лицедейские времена.

У Андрея Васильевича было больное сердце, 18 февраля оно остановилось.

От всей души рекомендую пересмотреть фильмы с участием артиста (и не только хрестоматийные рязановские). Как мудро подметил однокурсник Мягкова Владимир Меньшов, артисты в старых советских фильмах с каждым годом играют всё лучше и лучше.