Материализм и коррупция

Почему стопорится принятие закона о науке

Ещё в конце 2014 года Минобрнауки вместе с Государственной Думой занялись подготовкой закона «О научной, научно-технической и инновационной деятельности в РФ». Он должен прийти на смену принятому в 1996 году Закону «О науке и государственной научно-технической политике». Как же идёт работа над законопроектом?

Недавно стало известно, что в конце апреля состоялось «закрытое» (?!) заседание экспертного совета при Комитете по образованию и науке Госдумы. Обсуждали, как можно добиться «упрощения порядка присуждения учёных степеней». Справедливо полагая, что «вхождение в большую науку не должно превращаться в «бег с препятствиями», директор департамента науки и технологий министерства С. Матвеев объявил: «…предложено достаточно простое решение – по совокупности работ». Действительно, проще некуда.

Конечно, порядок присуждения учёных степеней пора менять. В «рыночной» России этот порядок нанёс огромный вред самой науке, дискредитировал себя полностью. Особенно в области философии и общественных наук. Для многих соискателей из числа бизнесменов, политиков и госслужащих он стал средством конструирования своего имиджа, а для их рецензентов и оппонентов – источником коррупционного дохода.

Однако прежде чем предлагать «простое решение», ответственному за разработку и принятие нового закона совокупному «бюрократическому уму» следовало бы задуматься: разве возможно измерение учёной степени как некоего интеллектуального качества… количественными показателями? Оговорка, что речь должна идти о «публикациях в достойных журналах» при существующем несметном числе периодических изданий, ничего не решает. Кто и как будет определять «достоинство» того или иного издания? Как защитить это «достоинство» от коррупции в виде неизбежных предложений материального вознаграждения членам редакции и рецензентам?

И о главном. Ещё до того, как ставить и решать вопрос о наведении порядка, бюрократическом уму следует с помощью крупных исследователей из числа представителей естествознания ответить на фундаментальный для научной деятельности вопрос: «Что такое наука?»

Вопрос отнюдь не простой. Сегодня чёткого ответа на него нет даже в Уставе РАН. При этом всеобщая история познания в борьбе материализма и идеализма, диалектики и метафизики к середине ХIХ века однозначно решила этот вопрос. Тогда было доказано, что наукой является не всякое знание, не любая теория, а производство постоянно уточняемого и при существующих условиях познания предельно точного знания, фундаментальными мировоззренческими принципами которого являются материализм и диалектика. Обратного ещё никто не доказал, но желающих признать этот итог более чем двухтысячелетней истории познания, оказывается, не так уж много. Особенно в условиях религиозного ренессанса.

В 2007 году, когда Русская православная церковь предложила внести теологию в список научных специальностей ВАК, 10 академиков-естествоиспытателей обратились к президенту страны, пытаясь защитить материализм и, соответственно, науку от атаки со стороны православного идеализма. Но поддержки не получили.

До тех пор пока являющийся общенаучным методом познания диалектический материализм не будет признан мировоззренческой основой научной деятельности, отделяющей науку от других форм познания, все разговоры о порядке присуждения учёных степеней не научны и бессмысленны.