Валентин СИДОРОВ, народный художник СССР, член президиума Российской академии художеств
Здесь были написаны «Весна. Большая вода», «Март», «Золотая осень», «Над вечным покоем».
В центре столицы, в доме, который был подарен художнику Сергеем Морозовым, другом и почитателем его творчества, Левитан провёл, наверное, самые счастливые годы своей жизни, там были созданы его лучшие произведения. Наконец-то он обрёл своё жильё. Сюда приходил его друг Алексей Степанов, мастерская которого находилась совсем рядом, на Покровском бульваре, здесь он встречался с Аполлинарием Васнецовым. Именно ему когда-то Левитан писал из Ниццы: «Воображаю, какая прелесть теперь у нас на Руси — реки разлились, оживает всё… Нет лучше страны, чем Россия!..» Сюда приходили Чехов, Тимирязев, певцы Большого театра Л.Д. Донской и Ф.И. Шаляпин, здесь был написан портрет Левитана Валентином Серовым. Сюда приехала и Анна Турчанинова, которая оставалась с художником до последнего дня его жизни — 22 июля 1900 года.
Она приехала из имения «Горки». В этом имении помощника петербургского градоначальника Турчанинова в Тверской губернии специально для Левитана была построена просторная мастерская. К сожалению, в 1904 году она сгорела. Но дом в Большом Трёхсвятительском сохранился и в XXI веке. Здесь, в переулке, когда-то находилась и первая общедоступная картинная галерея В.А. Кокорева. Сохранился и кусочек сада, где росла сирень, любимая Левитаном.
Вопрос о музее художники ставили в своё время перед министром культуры РСФСР Ю.С. Мелентье- вым, но решить эту проблему не удалось. Здание перешло в ведение Академии художеств, которая использовала его в разных целях. Сейчас здесь находятся мастерские молодых скульпторов.
Когда было открытие выставки Левитана в Третьяковской галерее, я говорил с министром культуры А.А. Авдеевым, который сказал, что мысль интересная и надо подумать. Так и хочется сказать: «Да что там думать-то, надо принимать решение о создании в Москве музея Левитана, пока окончательно не разрушился этот дом, а то потеряем его, как дом В.А. Серова в Староваганьковском переулке, где он жил и умер». Может быть, для того чтобы решить вопрос о музее, стоит обратиться к мэру Москвы, в Министерство культуры или в Мосгордуму, которая принимала решение о создании авторских галерей. Может, Дума не откажет и Левитану. Это дело не только столицы, но и России. Тем более 2014-й объявлен Годом культуры. Столица же могла бы помочь Российской академии художеств найти другое, более подходящее помещение для творческой мастерской.
Есть опасения, что показывать в этом музее будет нечего. Как нечего? Создан же в Толедо Музей Эль Греко, куда не зарастает тропа. Как он отреставрирован! Там возникает чувство живого дома хозяина, всё с присутствием памяти, жизненными штрихами. Можно пройтись по комнатам. Солнечный свет, который падает на пол, воссоздаёт мир, в котором творил художник.
Это имеет значение для пробуждения представления о былой жизни. Да что говорить, у нас Поленово живёт по этим законам. Важно создать атмосферу, окружение. Ведь солнечный свет из окна и сейчас падает так же, как и при жизни художника. На Удомле реставрируется мастерская В.К. Бялыницкого-Бируля. Там нет подлинных произведений, но будет восстановлена атмосфера, живая память о художнике. Сохранились же документы, говорящие о том, что было в доме Левитана, на выставке в ГТГ экспонировалось много фотографий мастерской. По лестнице каслинского литья Левитан ходил, она сохранилась, её можно привести в порядок, найти мебель того времени, диван, мольберт, картины в рамах, которые стояли на мольберте, — всё найти можно при усилии и желании.
Москва могла бы гордиться этим подлинным музеем, как Париж гордится своими музеями Родена, Бурделя, Майоля, Делакруа. Музей Левитана должен стать достойной памятью о великом художнике России.