Не солнце нашей поэзии закатилось, не с гор побежали ручьи, поскольку и поэзия сильна, и глобальное потепление не взяло нас штурмом. И тем не менее, как ни суди, сегодня произошло и первое, и второе. То есть любое слово о прошлом и нынешнем дне теперь будет выговариваться иначе в отсутствие Александра Павловича Тимофеевского.
«Как далеко мы ушли вперёд и вдаль со времён его юности!» Так нам казалось до сегодняшнего утра, когда пришла горестная весть! Да, правда, куда-то мы в самом деле идём, но солнцестояние нашим продвижением не было нарушено и усомнено. Мы влачились почти вслепую, за горизонт мнимого противостояния направлений и школ, а центр всё это время оставался неколебимым, укоренённым в остановленном солнце Навина.
Тимофеевский всю жизнь находился как бы на обочине споров, двигавших и движущих легионы пишущих и читающих. Он знал и любил Арсения Тарковского. И вот именно там, «от мира в стороне», у него был свой пикник и словольиный сад – умелый, тихий, мастерский, лиственный шорох которого слышен и теперь сквозь какофонию споров между архаистами и новаторами. Вечно ювенильный авангардный напор ничем не лучше упорствующей почвы. За пределами этой двоицы всё равно что нету словесного воздуха – почти для всех, кроме почитавших и почитающих Георгия Иванова, Владимира Соколова и Александра Тимофеевского, четвёртым и пятым не только быти, но и несть числа (Александр Твардовский, Владимир Салимон, Лариса Миллер…).
Есть у ВФХ (Владислава Ходасевича. – Ред.) этапный текст под названием «Музыка». Там ещё, помните, дородный сосед Сергей Иваныч всё никак не может расслышать сквозь зимнюю солнечность немую мелодию сфер. С сегодняшнего дня стихший голос Александра Павловича влился в эту сферическую музыку, которая (для слышащих) стала чуть более явственно различима. Светлая память, незабвенный АП!
Дмитрий Бак
«ЛГ» выражает искренние соболезнования родным и близким А.П. Тимофеевского
