Наталья Иванова. Литературный парк с фигурами и беседкой: Избирательный взгляд на русскую прозу XXI века. – М.: Рутения, 2019. – 480 с.
Уже несколько десятилетий звучат мнения, что литературная критика умерла – в популярных СМИ ей практически не осталось места, да и на умы массовой аудитории она особо не влияет. Факты оспорить сложно, а вот их упадническая интерпретация – повод если не для возмущённой отповеди, то как минимум для приступа острой тафофобии, ведь заживо хоронится вполне актуальный феномен. Возможно, в густых литературных зарослях критика не всем заметна, но без неё радующая глаз зелень давно бы задохнулась от бурьяна или была бы выкорчевана с корнем ради строительства сомнительного развлекательного центра. Статьи и эссе из новой книги Натальи Ивановой «Литературный парк с фигурами и беседкой» – образец той критики, которая вопреки любым кризисам остаётся стойкой, образной, дающей пищу для ума.
Тексты Натальи Ивановой противостоят современному тренду на рекомендательную критику, когда рецензия превращается в профессионально комментированную аннотацию. Её статьи отличает академическая строгость выводов и летучая образность стиля. Некоторые идеи слегка отдают эпатажем, но здесь нет никакой игры на публику или стремления кого-то шокировать. Каждый вывод опутан тугими сетями аргументов. Да и разве можно без болезненной колкости говорить о «литературополицентричной» современности, где книг производится больше, чем смыслов, а писатели нянчат, но не изживают общественные травмы. Чтобы отразить эту тревожно-противоречивую ситуацию, Наталья Иванова то конструирует сложные метафоры, то изобретает слова-кентавры вроде «ностальящего». Владение материалом и свобода мышления усиливают посыл каждого текста, а неординарная образность окрыляет его.
Книги критиков часто представляют собой просто сборники статей за отчётный период. Близкие по дате написания, но разобщённые идейно и тематически материалы разрушают ощущение целостности, создают откровенную какофонию. Наталья Иванова стремится, чтобы многоголосие текстов звучало мощно и слаженно. Одни статьи написаны в начале века, другие – на излёте «десятых». Общность идей и постепенное развитие мысли помогают им гармонично сосуществовать под одной обложкой. Даже включённые в книгу интервью автор объединяет разбросанной между главами рубрикой «Беседка», превращая их в своеобразные передышки между литературными исканиями, в возможность лучше осмыслить ранее прочитанное.
В книге «Литературный парк с фигурами и беседками» Наталья Иванова предлагает два направления для прогулок по тёмным аллеям словесности – современность и классику. Ведущие в разные стороны указатели обманчивы. Две дорожки, описав полукруг, сходятся в одной точке. В расположении текстов обнаруживается хитрый умысел. Если в самом начале закручивается интрига вокруг проблемных вопросов современной литературы, то после напряжённой кульминации наступает развязка, подводящая к русской классике. Толстой с Достоевским, конечно, новых шедевров не создадут, зато помогут уяснить суть происходящего сегодня. Всё-таки в творчестве каждого современного писателя растворены идеи классиков. Пускай даже дозы микроскопические…
Современность видится Наталье Ивановой в кризисном состоянии – даже в предуведомлении автор предупреждает, что будет использовать много резких слов на букву «Д»: дефолт, деградация, деноминация, депрессия. Классика же, напротив, выглядит воплощением монументальной стабильности, но не отлитой в юбилейной бронзе, а по-прежнему живой и волнующей умы. Великое наследие не только обогащает, но и отягощает современную словесность, становится её конкурентом. Наталья Иванова убирает прошлое и настоящее с линии времени. Их отношение («не продолжение, но отражение») она выражает через нетривиальные метафоры. Классика предстаёт золотой рыбкой, а современная литература – старухой с амбициями владычицы морской. Нынешние авторы вместо восторженного крика «Новый Гоголь народился!» вызывают у Натальи Ивановой лишь ехидное сравнение с персонажами классики, взявшимися за перо.
Современные писатели вовсе не принижаются на фоне великих предшественников. Наталья Иванова чутко откликается на прозу Михаила Шишкина, Владимира Шарова, Евгения Водолазкина. «У нас есть литература и есть писатели». Кризисное состояние обусловлено не только пишущей братией. Тут замешан и книжный бизнес с перепроизводством масскульта, и публика, потерявшаяся в нахлынувшем культурном изобилии. Решать выявленные проблемы Наталья Иванова не берётся – многосоставные причины требуют коллективного усилия. Лишь в отношении литературной критики описательный тон «как обстоит дело» сменяется побудительным «как должно быть». Перед своими коллегами Наталья Иванова ставит внушительную задачу: отряхнувшись от снобизма и рыночных соблазнов, превратиться в этаких «ломовых лошадей просвещения».
Статьи и эссе Натальи Ивановой основаны на детальном филологическом анализе. Язык, стиль и поэтика для автора важнее «темы и проблемы». Однако, рассуждая о тексте и отталкиваясь от текста, Ивановой удаётся выйти далеко за его пределы. Читатель, рискнувший прогуляться по аллеям нашей словесности вместе с этим критиком, сможет не только лучше понять состояние современного литпроцесса, но и осмыслить самого себя как (пускай и не самого влиятельного) участника.
Александр Москвин
