Хочется представить хотя бы пунктирно судьбу безвестного автора советской эпохи, о котором настало время говорить.
Владимир Потехин (1931–1990) все отпущенные ему годы безвыездно прожил в деревне Петрятино Нейского района Костромской области. Получив профессию агронома, работал в сельском хозяйстве. О том, с какими трудностями приходилось сталкиваться, писал заметки в районную газету. Был уважаемым человеком на своей земле. Поднял с женой на ноги троих сыновей, которые тоже остались верны родному краю.
Факты его биографии похожи на вехи судеб большинства односельчан. Поэтому у Потехина, от природы неплохо владевшего словом, было внутреннее право говорить от их имени. Впрочем, он его ни у кого и не испрашивал, просто на протяжении десятков лет садился вечерами к столу и записывал всё, что случилось и о чём думалось. Вряд ли он предполагал, что дневники со временем станут бесценным документом эпохи колхозного строительства и угасания. Его толкала к бумаге какая-то неосознанная, почти физическая потребность обдумывать каждый прожитый день и придавать его облику вполне конкретную нерушимую форму. Нередко истории из жизни превращались в живописные зарисовки, в которых отражались картины природы, слышны были мысли и голоса земляков. А иногда впечатления дня прямо среди колхозных полей начинали вдруг звучать в рифму, и нужно было сохранить строчки в памяти до дома, чтобы записать.
Владимира Потехина не слишком заботило будущее сочинений. Изредка его стихи появлялись в местной газете и бесславно тонули в безликом информационном потоке. Погружённый в беспрерывные земные дела, никаких попыток обратиться к профессионалам автор не предпринимал, а когда в возрасте под шестьдесят, на излёте жизни, отважился послать рукопись в далёкую Кострому, уже пришли времена, в которых всем стало не до книг…
Тридцать лет дети Владимира Васильевича берегли отцовские общие тетради в надежде, что кто-то ими заинтересуется. И надежда явилась в реальности в облике библиотекаря Надежды Дудиной из соседнего села Кужбал. Углядев несомненный талант земляка, она попросила меня подтвердить её догадку… Так неожиданно Владимир Потехин призвал Надежду Дудину и меня с Анастасией Астафьевой – как писателей – к тому, чтобы задуматься об издании хотя бы части его сочинений.
И чудо свершилось: в 2021 году мы выиграли президентский грант, в рамках которого небольшим тиражом выпустили в свет две книги – поэзии и прозы В. Потехина. С чтением стихов этого автора мы проехали по сельским клубам своего района и были поражены, насколько глубоко в душу не испорченного цивилизацией деревенского человека западают образы и чувства поэта. Не случайно в далёком 1988 году, отзываясь на присланную рукопись, костромич Вячеслав Шапошников написал В. Потехину, что слышит в его поэзии «незалитературенный, незаигранный голос человека, живущего мотивами естественными, услышанными в глубинах самой народной жизни… Это – не кабинетная поэзия!»
То же можно сказать и о прозе, которую удалось опубликовать. Повести Потехина обращены в прошлое, в котором автору чудился жизненный лад, особенно контрастирующий с первыми перестроечными трагедиями, которые он захватил. Не имеющий возможности как-то повлиять на глобальные процессы, он подспудно стремился запечатлеть, укрепить фундамент былого здания жизни в надежде, что он ещё пригодится в будущем. Отсюда в текстах так часто встречаются подробные описания слаженных трудовых будней на селе, которые воистину были праздниками.
Внутри себя Владимир Потехин, конечно же, не делился на прозаика и поэта, взгляд его на жизнь всегда был поэтичен и одновременно строго прозаичен во всём. И темы, и многие герои стихов и прозы у него перекликаются, словно договаривая друг за друга то, чего нельзя выразить раз и навсегда, окончательно. Это как тот дух от земли, который, по его словам, «можно только почувствовать».
На районном конкурсе чтецов
Вместе с тем писатель то и дело сомневается: а может, былое счастье лишь привиделось? Молодость, сильная, устремлённая в завтра, непременно верит, что всё ей под силу, и всегда рвётся в бой. Но по мере взросления каждый думающий человек неизбежно обнаруживает, сколь неповоротливо любое общественное устройство и сколь бессмысленны попытки перевернуть мир. Вот тогда-то и появляются ленивые, бесстрастные и равнодушные, невольно тормозящие общее развитие, а иногда и впрямую ему мешающие.
Но если жизнь ещё и движется по восходящей (на что сегодня особенно хочется надеяться), то это лишь благодаря молодым идеалистам. Лучшим из них чужда бездумная устремлённость к сытости и бытовым удобствам, всё глубже проникает в их среду сознание того, что человек рождён не только для плотской жизни. И Владимир Потехин, не ставя впрямую такую задачу, всем ходом своих мыслей, всей красотой и возвышенностью своего слога ненарочно доносит до читателя эту спасительную идею.
Остаётся лишь признать чудом, что из человека с профильным образованием агронома без какого-либо влияния со стороны родился столь своеобразный, народный по сути своей писатель. Он вспоминал, как мать вдумчиво прививала ему любовь к чтению, как воспитывала в нём чуткость к проявлению чужих чувств, хранила его душу от искривлений. От матери он впервые услышал о Есенине, стихи которого в те давние годы были под запретом, но со временем стали для В. Потехина образцом для подражания и поэтической учёбы. В школе, конечно, не обошлось без Н.А. Некрасова, научившего мальчика состраданию ко всем измученным и униженным. Если вспомнить весь пласт деревенской прозы советских времён, то можно найти в повестях Владимира Потехина отголоски недоказанного влияния таких писателей, как Владимир Тендряков, Борис Можаев, Василий Белов, Фёдор Абрамов. Интуитивно потянуло его, и этому есть свидетельства, к родному по духу и творчеству Ефиму Честнякову.
Но всё это лишь наши банальные предположения, в то время как глубинка российская способна являть на свет божий драгоценные самородки совершенно беспорочно – просто от света солнечных лучей, просто от трелей жаворонков, просто от ласки весеннего ветра. И никаких наставников не требуется, чтобы суметь доходчиво излить на бумагу свою душу – нужно всего лишь иметь её, открытую, доверчивую, трепетную, которая видит, слышит и любит жизнь во всей полноте.
Владимир Потехин счастливо угадал и исполнил своё жизненное предназначение. Сегодня его солидный архив терпеливо ждёт расшифровки и обнародования. И это уже наша общая неотложная задача – во времена, когда вновь так востребованы главные человеческие ценности, дать автору прозвучать во весь голос.
Нина Веселова,
член Союза российских писателей
