Наказы и наказания

Перед форумом Общенародного фронта было много предсказаний. В частности, обещали формирование новой кадровой политики и выработку концепции национальной идентичности. В ходе встречи с лидером движения президентом Путиным была затронута масса вопросов – от образовательной и пенсионной реформ до таких частных, как строительство театра кукол в Ставрополе или детских песочниц в Нижнем Тагиле. Президент выслушал много наказов.

Стоит обратить внимание, что за весь почти четырёхчасовой разговор не нашлось ни одного доброго слова ни в адрес правительства, ни региональных властей. А больше шла речь о тех, кто не хочет исполнять майские указы президента, кто тратит по 700 миллионов рублей на имиджевые мероприятия, кто погряз в чванстве, отфутболивает народ, посылая ему на жалобы и просьбы формальные отписки. Требовали наказывать нерадивое начальство.

Без «всевидящего ока» главы государства, похоже, у нас так ничего и не сдвинется с места. Разве есть хоть один институт, кроме президента страны, который в состоянии элементарно выполнять свою работу, а не имитировать – без окриков и разносов?

Думается, что Путин раньше многочисленных политологов вполне трезво оценил потенциал всех наших институтов «народовластия» – Думы, законодательных собраний, партий, выборов – и поставил им неутешительный диагноз. Как и при царях, и при генсеках, в стране работает лишь «демократия наказов», впрочем, и она сегодня работает со скрипом.

Если говорить о содержательной стороне разговора, то было высказано много толкового и своевременного, в чём безусловная заслуга хорошо подготовившихся к встрече с президентом некоторых модераторов фронта. Это касается и ЖКХ, и реформ, проходящих в социальной сфере и кадровой политике, и финансово-бюджетных проблем, и миграционной политики. Действительно, все они идут с огромными трудностями, упираясь не только в чиновничье разгильдяйство, но и в массу иных подводных камней, далеко не всегда видных из окон Кремля и Белого дома.

Другое дело, что уровень советов и наказов чаще всего ограничивался просьбами о выделении средств на то, другое, третье – на школьные экскурсии, на обучение мигрантов русскому языку, на продление действия «материнского капитала»… Кто бы стал спорить? Конечно, делать это необходимо, а деньги можно сэкономить – ну, хотя бы из-за отказа от дорогостоящих корпоративных вечеринок за счёт государства и государственных компаний, за счёт большей финансовой дисциплины.

И майские указы 2012 года, о невозможности выполнениÿ которых при нынешних темпах роста заявляется на уровне Министерства экономического развития, тоже можно выполнить, если все расходы поставить под контроль «фронтовиков» и «продавить» закон о контроле, к которому на форуме возвращались не раз и не два.

За всей этой линией обсуждения угадывалась полемика с теми, кто всё чаще говорит о невозможности движения вперёд без структурной перестройки экономики, освобождения бизнеса от сковывающих его пут, ужесточения конкурентной среды не только в экономике, но и в политике. Или же достаточно административных мер, различных форм «народного контроля», выверенных «социальных инициатив»?

Подобного рода дилеммы встречаются не в первый раз. Вспомним хотя бы дискуссии начальных лет перестройки. Консервативный сценарий и радикальный сценарий. Тогда провалились последовательно и тот и другой. Думается, что Путин хорошо помнит те уроки почти тридцатилетней давности.

Но готова ли власть не только выслушивать, но и реализовывать советы и социальные инициативы «снизу». Ведь вот какое дело – уже не первый год проходит весьма неоднозначная, мягко говоря, реформа образования, а в этом году – ещё более неоднозначная реформа РАН. И когда стала подниматься волна общественного обсуждения, не отфильтрованная и не дозированная, почти все сомнения, советы и предложения оказались проигнорированы. Не разделит ли Общенародный фронт со временем судьбу тех «задумок» власти, которые потом оказывались инструментами разового пользования.

Но, конечно, имея право на скепсис, надо надеяться на лучшее. В конце концов пусть уж будет «демократиÿ наказов». Пока никакой другой демократии в России построить не удалось.