Настоящие

12 июля 1981 года ушёл из жизни Борис Полевой.

Это была и его война. И он был среди литераторов, требовавших отправить их на передовую. Не дожидаясь повесток. Около трёх тысяч писателей на фронтах. К штыку приравнявших перо… В мире ещё не было такого массового участия культуры в войне. Аналога, когда подвиг народа стал и подвигом литературы, тоже в мире не было. И быть не могло… Они создавали совсем другой мир. У которого тоже не было аналогов. И нет. И, возможно, уже никогда не будет. Потому что они были настоящие. И они – настоящие – искренне верили, что возможна такая – настоящая – жизнь. Когда разногласия – только между хорошим и очень хорошим. Добрым и очень добрым… Такую настоящую жизнь создавал и Борис Полевой.

Он, прошедший всю войну от начала до конца. Он, одним из первых журналистов, увидевший чудовищные гитлеровские лагеря смерти. Он, участвовавший в Нюрнбергском процессе как корреспондент «Правды» и написавший известные всему миру «Нюрнбергские дневники». Он знал: чтобы победить фашизм, нужно быть настоящим Человеком. Сразу после войны он совершил свой главный подвиг – написал «Повесть о настоящем человеке». Прототипом главного героя стал лётчик-ас, Герой Советского Союза Алексей Маресьев (в повести автор изменил лишь одну букву в фамилии). Который победил в поединке со смертью. И, потеряв обе ноги, снова стал в строй. Чтобы вновь почувствовать землю. Чтобы вновь почувствовать небо. Чтобы победить снова.

Очень русское, очень советское произведение. Завоевавшее весь мир, такой не русский и такой не советский. И этот мир восторженно принял повесть. К 1990 году она выдержала 229 изданий общим тиражом более 36 миллионов экземпляров на 52 языках народов мира. Она стала книгой жизни и учебником мужества для многих. И не только в Советском Союзе. Потому что ярко показала, как можно жить в самых нежизненных условиях. Более того, как можно выжить в самых нежизненных условиях. И ещё более – как остаться Человеком в самых нечеловечных условиях. Потому что у каждого, каждого человека есть шанс на жизнь, даже когда шансов нет. Особенно если знаешь, зачем живёшь. И почему… Да и какой может быть страна, если в ней нет места для положительных, идеальных героев? Хотя бы в литературе.

У «Повести…» свой особенный стиль. Медлительный и детальный. Со своим светом и тенью. Со своей документалистикой. И художественной патетикой. Это – настоящий соцреализм. Который в истории культуры прожил очень короткий век. Но стал эксклюзивным, какой была и наша страна. Которая, увы, уже потом, став далеко не эксклюзивной, его не оценила. Так инквизиция пыталась уничтожить античность. За безнравственность! Соцреализм не простили за нравственность. В новой, далеко не нравственной стране… В искусстве ещё многое случится. Скорее – повторится. И реализм, и модернизм, и романтизм, и сюрреализм. Но соцреализм – вряд ли. Впрочем, всё уникальное – бесценно. Всё забытое – с годами становится всё дороже. Как и античность.

Борису Полевому, как и его современникам, всё-таки повезло. И он не просто жил среди них, настоящих. И писал о них. Но и сам был таким. Настоящим. Много ли сегодня мы встречаем настоящих… Нет. Но уже встречаем. И снова на той войне. С фашизмом. Хотя ещё так много пустот. Которые не заполняются. И мы по-прежнему проваливаемся в эти пустоты. И барахтаемся там. В одиночку. А можем там и остаться. Если не бить во все колокола.

Елена Сазанович,
писатель, драматург, сценарист