Исполнилось 100 лет со дня рождения народного артиста России, лауреата Государственной премии СССР Георгия Григорьевича Натансона (1921-2017) – кинорежиссёра, отмеченного многими наградами, признательностью артистов и любовью зрителей разных поколений. Такие проникновенные истории про человеческие отношения, как «Старшая сестра», «Ещё раз про любовь», не устаревают.
Молодому режиссёру путевку в кино дал сам Эйзенштейн, лично подписавший Натансону диплом ВГИКа. С 1942 года молодой режиссёр работает на съёмочных площадках ассистентом легендарных мастеров советского искусства – Ивана Пырьева, Александра Довженко, Александра Птушко, затем вторым режиссёром, а вскоре проявляется ярким самостоятельным художником. Миллионы зрителей полюбили его музыкальный фильм «Белая акация» (1957) и совместную работу с А.Эфросом «Шумный день» (1960) по пьесе В. Розова с юным Олегом Табаковым в главной роли. С тех пор «магическое» свойство режиссёра: открывать новых актёров с уникальной харизмой – становится фирменным творческим почерком. Георгий Григорьевич, будучи ещё ассистентом Птушко на картине «Садко», настоятельно советовал режиссёру пригласить на роль Любавы неизвестную красавицу – студентку ВГИКа Аллу Ларионову. Знаменитый режиссёр оценил «острый глаз» своего помощника. Ларионова стала настоящей кинозвездой. В своих кинофильмах открывал таланты Татьяны Дорониной, Натальи Теняковой, Ольги Яковлевой, Александра Домогарова.
Уникальна его творческая биография, которая вобрала в себя историю советского и российского кино второй половины ХХ века. Георгий Григорьевич восхищался своими педагогами, которые были новаторами своего времени, подчёркивал значение русской театральной школы и метаморфозу итальянского «неореализма» в кино, который пошёл от увлечения системой Станиславского и фильмами Эйзенштейна. Натансон тоже частенько использовал этот уникальный метод – снимать скрытой камерой. И в XXI веке успел высказаться, несмотря на переформатирование всей отечественной киноиндустрии, он оставил творческое завещание. Целых два. Одна задумка воплотилась, а другая пока ждёт своего часа…
С Георгием Григорьевичем я познакомилась в 2011 году на показе киноальманаха Егора Кончаловского «Москва, я люблю тебя!». Прекрасное современное кино состояло из нескольких художественных новелл. Одну из историй «Письмо бабушке» снял Георгий Натансон по сценарию Людмилы Темновой. Показалось невероятно интересным участие в этом проекте легенды советского кино. Мне открылся тогда в человеке почтенного возраста – художник, устремлённый в будущее, которому интересно чувствовать себя современным, попробовать себя в новой стилистике кино, найти отзыв нового поколения… Георгий Григорьевич вспоминал, как ему интересно было снимать эту короткометражку, которая осталась в его фильмографии последней работой в игровом кино.
С особым вниманием Натансон относился к литературной основе своих фильмов, будь то пьесы Розова, Рощина, Алёшина, Володина или журналистские очерки, на основе которых были написаны сценарии к фильмам «Они были актёрами» (1981) о подвиге артистов-подпольщиков Симферопольского театра в годы Великой Отечественной, а также «Взбесившийся автобус» (1990) про захват заложников. В наших разговорах в период 2011–2014 годов меня волновал вопрос: как могло оказаться, что при таких высоких традициях советского киноискусства наше кино представляет сегодня слабое зрелище и зрители никак не дождутся новых шедевров. И почему такие режиссёры, как Натансон, не могут найти финансирование на документальный фильм об истории юной героини Великой Отечественной войны.
– Советское кино было народное, ведь сценаристы, режиссёры искали способы затронуть важные для общества темы, жизнь души человека, – отвечал Георгий Григорьевич, – а сейчас кино – антинародное: авторы все только о себе думают, самовыражаются, хотя кому они нужны… Снимают для кинофестивалей, для себя, для каких-то наград, для денег.
– Ваши фильмы тоже принесли вам награды, гонорары и звания.
– Да. Могу похвастаться, что мой первый и единственный боевик «Взбесившийся автобус» (1990) даже купили американские кинопрокатчики, а они никогда не покупали советские фильмы для проката. Но это всё вторично. Сначала должна быть идея. В чём миссия твоего кино? Что тебя волнует? А если тебя ничего не волнует, надо острее вглядываться в жизнь, в тех людей, которые, может быть, живут совсем в другом времени, но волнуют тебя своим творчеством или подвигом. Наши современные авторы всё оглядываются на Запад, делают кино по западной кальке. А надо идти от себя. Надо возвращаться в кино к личности человека, его чувствам. Спецэффекты и техника – это хорошо, но вовсе не главное. К сожалению, такой подход не в моде. Наше кино и наше театральное искусство были новаторскими, а путь подражания – это всё ненастоящее… Чужие идеи не приносят успеха. К тому же я уважаю работу сценариста, писателя. Без них режиссёр как без рук, вернее, как без головы. Вот и сейчас мы с Людочкой Темновой, моей ассистенткой по документальным фильмам о Булгакове и Татьяне Дорониной, работаем над сценарием фильма «Булгаков в Москве» по пьесе Самуила Алёшина, где я сделаю акцент на самом сложном периоде жизни писателя в столице, когда его не печатали, были запрещены его пьесы, когда он находился на краю нищеты и самоубийства. Тема отчаяния русского таланта… Известно ведь как Булгаков сказал Сталину: «Я очень много думал в последнее время – может ли русский писатель жить вне России. И мне кажется, что не может…» Мне хотелось бы поговорить со зрителем через историю жизни писателя о любви к Родине. Ведь многим великим людям можно было бы предъявить список личных обид государству, даже четырежды Герою Советского Союза Георгию Жукову, но все они были неотделимы от своего народа.
В фильме «Посол Советского Союза» об Александре Коллонтай с прекрасной Юлией Борисовой я сделал финал фильма с документальными кадрами Парада Победы, который принимал Жуков на белом коне. А ведь Жуков был тогда в опале, и мне начальство велело убрать его из фильма. Но я отстоял. И на фестивале в Италии жена Георгия Жукова передала мне драгоценные слова маршала Победы: «Благодарю Вас за гражданскую смелость!»
Меня покорил человек-легенда, талант которого не остался в прошлом: «Пришла старость, но мне так хочется работать!» Все последние годы Георгий Григорьевич вынашивал идею снять свой патриотический фильм. Документальный. «Я убегаю на фронт» – так назывался его киносценарий об исторической памяти, о судьбе 16-летней Леночки Варшавской – москвичке, выпускнице Гнесинки, которая погибла при освобождении Таллина, и о том, каков был путь перезахоронения праха советской героини из современной Эстонии в Израиль. Ведь куда только не обращались родственники девушки, прах которой покоился в центре города, возле памятника советскому солдату, известному как «Бронзовый солдат», который демонтировали эстонские власти в 2007 году. И нацистские шествия попирали ногами прах девушки, погибшей за свободу эстонского народа. Только вмешательство министра иностранных дел Сергея Лаврова позволило родственникам героини вывезти её прах… Такая символичная история взволновала режиссёра. Мне было странно от него услышать, что во всех организациях, государственных, коммерческих и религиозных, куда только Натансон не обращался в 2011– 2013 годах, ему было отказано в финансировании. Трижды отклонялся сценарий «Я убегаю на фронт!» И только после смерти Натансона задумку отца осуществила его дочь – Марина Лузгина (1944–2020), выполнив часть творческого завещания.
Заявка получила финансирование после личного обращения Марины к министру культуры Ольге Любимовой. Фильм создан, но теперь надо преодолевать новую бетонную стену, чтобы дойти до зрителей через телевидение и кинопрокат. А ведь со всех высоких трибун вещают о преемственности истории, о необходимости патриотического воспитания школьников…
Сегодня остаётся неизвестной для зрителей ещё одна часть творческого наследия Натансона: незавершённая кинотрилогия о судьбе писателя Михаила Булгакова. Документальная кинолента «Я вернусь» (2002) о путешествии Булгакова в Крым с участием Василия Ланового и документальный фильм «Михаил Булгаков на Кавказе» (2004), которые по разным причинам не получили вовремя прокатных удостоверений. В этих двух кинокартинах не только интересные и малоизученные страницы биографии писателя, но и тонкое художественное проникновение в исторические, мистические смыслы творчества и любви. Документальным кино Георгий Григорьевич занимался последние годы не только из-за отсутствия финансирования, режиссёра занимали личности, созвучные его пониманию искусства как служения народу.
Наверное, Михаил Булгаков и Георгий Натансон слышат друг друга в вечности, если в один год мы отмечаем их юбилеи – столетие режиссёра и сто тридцать лет со дня рождения писателя, чьё творчество занимало Георгия Григорьевича в последние годы. И я благодарна судьбе, что могла общаться с режиссёром одной из самых любимых кинокартин «Ещё раз по любовь». Всё-таки Натансон знал секрет: «Шедевр нельзя сделать специально, он возникает сам по себе». Но надо ещё иметь открытое сердце художника.
Ирина Кумова
Кумова Ирина
