Лев Толстой писал: трудовые люди едят, чтобы скорее насытиться и приступить к делу, а люди богатые и праздные – чтобы дольше наслаждаться и продолжать процесс еды ради удовольствия и развлечения. Его герой Стива Облонский утверждал, что такое положение – признак цивилизации и прогресса.
Сегодня он охватил новые сферы. Образ поведения богатых и праздных распространён на государственную управленческую деятельность (а ещё врут, что денег нет!). Судите сами. В «совке голимом» министерства и ведомства принимали решения, чтобы приступить к соответствующей деятельности. Не всегда решения выполнялись должным образом, но принцип был такой. Сегодня, под сводами храма постмодерна и цифровой экономики, решения принимаются, чтобы принимать, принимать и принимать их вечно. И всё-таки никогда не принять до конца. Про выполнение даже говорить неприлично: выполнять решения – вообще тоталитаризм и ГУЛАГ. Но даже сам процесс принятия решения нельзя доводить до конца, иначе, наверное, наверху заподозрят, что данному департаменту нечего делать, и, не дай бог, разгонят.
Вот РИА «Новости» оповещает: «В следующем году в России утвердят предварительный национальный стандарт (ПНСТ) на школьную форму. В пресс-службе Росстандарта подтвердили, что утверждение документа запланировано на 2020 год. Работу над ним ведёт Роскачество».
Нет, не форму введут в школах, как поняли некоторые не в меру торопливые родители, – вовсе нет! Только стандарт, да и тот – предварительный. Ну, там, про ткань, про катышки, которые на ней могут, паче чаяния, образовываться, и т.п. А до формы как таковой – как до Луны. Да никто и не знает, нужна ли она. Мой старший сын пошёл в школу в 1992-м, и что-то говорили о форме. Через много лет пошла дочка – и опять бубнили о форме. Разумеется, ничего не произошло. «Политической системой всеобщего бессилия» проницательно называл демократию в позапрошлом веке раскаявшийся революционер Лев Тихомиров, наблюдая французскую бюрократию той поры.
Вернёмся, впрочем, к форме. На самом деле есть столько же аргументов за, сколько и против неё. Она дисциплинирует – и нивелирует, она упрощает задачи родителей – и вводит в дополнительные траты. Безусловно, любая форма понравится не всем и удобна не может быть всем. Вполне возможно, надо всё оставить как есть: какие-то (чаще престижные) школы заводят свою форму, а какие-то – нет. Единой общеобязательной не наблюдается.
Значит, надо не сходя с места решить: нужна ли форма. Кто должен решить? Наверное, министр образования. По мне, так могла бы и руководящая тётенька рангом ниже: дело-то не бог весть какой сложности! И если будет решено, что форма не нужна, – прекратить разговоры, ввести мораторий лет на 20. Или решить: нужна. Но единолично, волюнтаристски решить.
Дальше позвать модельеров и посмотреть, какие есть варианты (их великое множество). Столь же решительно выбрать один. Позвать конструкторов одежды и велеть сделать выкройки на все размеры. Разместить выкройки в сети в открытом доступе с указанием цвета и состава ткани. Дальше шить могут все без исключения, без всяких тендеров и прочих коррупционных уродств. За месяц можно обернуться. Все привыкнут и будут считать форму нормальной и единственно возможной, как мы в нашем детстве.
В управленческой сфере действует принцип «Делай дело за неделю!». Если в каком-то деле за неделю нет значимых сдвигов – значит, ничего не происходит. А вся привходящая возня – имитация для отвода глаз. Проформа.
Место работы/Должность: предприниматель и публицист
Воеводина Татьяна Владимировна родилась в г. Коломне Московской области. Окончила Московский институт иностранных языков по специальности «переводчик» и Московскую государственную юридическую академию со спе...
