«Проигранное место» – это не фильм ужасов, а ужасный фильм. Пошла на него, увидев энергичный, завлекательный трейлер, и из уважения к фамилии постановщицы. Я видела её во многих фильмах: ребёнком она была трогательным, во взрослом возрасте как актриса она меня ни разу не поразила, но вот Надежда дебютировала в качестве режиссёра.
Не понимаю: зачем? Почему? Неужели фамилия гарантирует её носителю дар режиссёра? Зачем она взялась за эту «ужасную» тему – в русском кинематографе и традиций-то особых этого жанра нет, это на Западе целая индустрия, производящая хоррор.
Зачем сценарий заказан братьям Пресняковым? Они никогда не писали таинственных сказок про демонов, вампиров и прочую стр-р-рашную небывальщину, которая лежит в основе жанра. Тем более что в данном случае это и не хоррор вовсе, а скорее детектив про маньяка-полицейского, который расследует жуткие преступления, им же самим и совершённые. А все эти отрезанные бензопилой руки автомобилистов и головы мотоциклистов, кресты и погосты – атрибуты жанра, притянутые за уши.
Ну и зачем столько мрачной грязи? Герои – школьники, но фильм – 16+, не для них, то есть изначально отсечена целевая аудитория. Никита Сергеевич в своей телепередаче «Бесогон» правильно выступает против той мерзости, что льётся со сцен и подиумов, и вот на тебе – с экрана на нас смотрит задница! Как-то не состыковывается!
И ещё одно «зачем». Ко-гда-то Андрей Сергеевич, дядя Надежды, заявил с экрана телевизора: «Мы все коррумпированы дружбой!» Действительно, радеть родному человечку – это естественно: ну хочет доченька снимать кино, как же не посодействовать… Но когда такая знаменитая фамилия, очень многими любимая, а некоторыми люто ненавидимая, зачем так её подставлять? Зачем Министерство культуры финансировало это когда нудное, когда неприятное, а когда абсолютно непонятное зрелище? Ведь не дураки же там сидят, прекрасно понимают, какое кино имеет шансы на успех в прокате, а какое нет. И все знают, что такое раздражение человека, который, проклиная всё и вся, сокрушаясь по поводу зря потраченных денег и времени, выбегает из кинотеатра. А таких, судя по откликам в Сети, очень много.
И почему финансируются подобные проекты без шанса на успех? Пусть юный режиссёр потренируется на короткометражках, а если получится что-то дельное, то тогда можно доверять ему и полный метр. И то под присмотром признанного мастера, который, если что, ответит за юное дарование. Так происходило вхождение в большое кино в те времена, когда киноиндустрия была доходнейшей отраслью народного хозяйства. А тут сплошные траты, большой метр (а значит, и большие деньги) доверяется дебютантке, к тому же не имеющей специального обра-зования.
И возвращаясь к теме патрио-тизма, о котором Никита Сергеевич тоже много и правильно говорит. Почему взят жанр хоррора, почему герои – такие сытые, пресыщенные и распущенные? Зачем эта вымороченная история? А почему бы не рассказать о настоящих героях? Их нет? Есть.
Помните московскую школьницу Юлию Король? Она два года назад во время бури на Сямозере не только не пала духом и выплыла сама, но и вытащила из воды многих ребят. Героиня! Если бы что-то подобное случилось в США, то Голливуд моментально бы откликнулся блокбастером о преступном головотяпстве владельцев лагеря и о подвиге детей, которые противостояли стихии. А у нас поговорили («Ах, какой сюжет для кинофильма!») и ЗАБЫЛИ. Почему тратятся государственные деньги на провальный депрессняк, а потрясающие сюжеты не доходят до экрана?
Александра Чащина