Новые истории московских улиц. – М.: ИПО «У Никитских ворот», 2012. – 368 с. – 2000 экз.
«Человек вышел за хлебом и пропал». Так начинается один из рассказов Александра Трапезникова – и подобным образом могли бы начаться многие из них. Основной приём, которым пользуется писатель, – резкий слом привычного порядка вещей. Топография Москвы в его прозе – это полуправда-полувымысел, с исчезающей, тающей гранью между ними. Именно в таких декорациях могут разворачиваться иррациональные события, которые до поры до времени кажутся даже вполне вероятными. Это фантастика, но так прочно сплетённая корнями с реальностью, что героям сочувствуешь, представляя себя на их месте. К тому же Трапезников не стремится создавать фантастические ситуации, он просто живёт в мире, основы которого поколеблены. С грустью мы узнаём в этом мире нашу страну – Россию, в которой теперь всё возможно. Некоторые сюжеты Трапезникова заканчиваются счастливо, однако даже и тогда оставляют ощущение случайности, лотерейности такого конца.
Точка сближения. Стихи. – Нижний Новгород: издательство «Книги», 2012. – 84 с. – 500 экз.
Нижегородская поэтесса Маргарита Шувалова выпустила в свет книгу стихов «Точка сближения». И это название точно отражает суть книги. Сближение прошлого и будущего, близкого и далёкого, известного и неизвестного, простого и сложного естественно для пространства этой тонкой лирической книги.
Не сетуй на меня, родимая,
Что для тебя я не смогла
Найти слова необходимые –
Глаголом жгущие слова, –
обращается поэтесса к России, и понимаешь, что эти строки продиктованы любовью и скромностью автора. Конечно, Маргарита Шувалова от первой до последней строки в этой книге – лирическая поэтесса, и это определяет круг её тем. Родина, любовь, родная природа…«Вновь с заботой сентябрь птицам выдаст билеты Вдаль к чужим берегам, где им будет теплей. Пусть летят, пусть и там, в царстве вечного лета, Разнесётся их крик песней русских полей ».
Всё вроде бы традиционно, и однако всё это волнует и заставляет сопереживать вместе с автором.
Славянство и Европа. – М.: Институт русской цивилизации, 2012. – 880 с. – Тираж не указан.
Орест Фёдорович Миллер был известным русским фольклористом, литературоведом и мыслителем-славянофилом. Эта книга – первое после 1917 года издание его трудов, и оно даёт разностороннее представление об этом выдающемся человеке. В сборнике рассматривается история славянофильского учения в России, осмысливается деятельность Петра I и М.В. Ломоносова, а также реформы Александра II; большое внимание уделено сопоставлению славянского мира и Европы. Особый раздел посвящён участию Русской православной церкви в жизни и обучении русского народа, причём в этом вопросе, как и в других вышеупомянутых, позиция автора не является догматической: его славянофильство – обоснованная мировоззренческая система, а не священная корова. Весьма интересны главы, посвящённые литературе: «Слову о полку Игореве», патриотизму у Грибоедова, «задушевнейшим идеалам» Салтыкова-Щедрина, толстовскому учению о нравственности. Книгу дополняют биографические заметки о самом О.Ф. Миллере.
Стендаль. – М.: Молодая гвардия, серия «ЖЗЛ», 2012. – 282 с. – 5000 экз.
С портрета Стендаля, что сделан за два года до смерти, на нас смотрит человек с живыми, внимательными, немного печальными глазами и узкими, поджатыми, скрывающими усмешку губами. Вероятно, это хороший портрет – он очень соответствует тому образу, что выступает из книги Сандрин Филипетти. Противоречивость натуры Стендаля была выдающейся: он ненавидел лицемерие – и не только старательно учился лицемерить, но и учил этому сестру, полагая, что таковы законы жизни для тех, кто «не похож на большинство». Он терпеть не мог опеку родственников и регулярно прибегал к их помощи, был весьма влюбчив, но любовь считал болезнью, которая непременно проходит, – счастлив тот, кто излечивается первым. В 1812 году, среди тягот наполеоновского похода на Россию, он писал: «Стоило покинуть Париж ради такого предприятия: здесь я столько всего увидел, сколько литератор, сидящий в своём кабинете, не узнал бы и за тысячу лет». А ведь в то время Анри Бейль и не был литератором Стендалем: натура его вполне сложилась, но всё ещё было впереди.
.
Два мудреца в одном тазу. – Екатеринбург: Сократ, 2012. – 160 с. – 1000 экз.
У Олега Раина в 2012 году вышло сразу несколько повестей, для детей помладше и постарше. Эта – из первых. Её герои – девятилетние мальчики Макс и Вовчик, которые, если судить по их именам и речи, сильно отличаются от Дениски Виктора Драгунского, Мишки Николая Носова и других своих предшественников. Но это только на первый взгляд. Макс и Вовчик – наблюдательные фантазёры, им лишь бы что-нибудь новое придумать и какой-нибудь хитрый механизм разобрать. А то и собрать гиперболоид инженера Гарина, ведь эти двое – ребята начитанные. Макс знает не только то, кто такой Пушкин, но и кто такой Высоцкий, и Пьер Ришар, и даже то, что Данелия – это не страна, а фамилия. Такое впечатляющее интеллектуальное развитие совершалось не без помощи взрослых, но Максу оно пошло на пользу. Теперь он может не только смеяться «над пустым местом», как считает учительница, но и подмечать то, до чего иной взрослый поленился бы додуматься. Героям Раина очень интересно жить, и они не ленятся. Никогда. Разве только в порядке эксперимента.
Книги предоставлены магазинами «Фаланстер» и «Библио-Глобус»
