Вадим Андреев
Этот инцидент произошёл сразу после товарищеского матча между футбольной командой «Сельская зорька» города Х (название скрыто по просьбе горожан) и футболистами команды «Фрик» из страны Муркина Фасоль. Стадион был полон, все билеты были распроданы за неделю до матча. Сектор фанатов «Зорьки», находившийся на северной трибуне, как обычно, бурлил, размахивая знаменами и разворачивая баннеры с надписями «Мы верим в тебя, «Зорька», «Светить всегда» и прочими в таком же роде.
Среди фанатов были и двое юношей, Васютка и Артюша, прославившиеся тем, что месяц назад разместили на крыше горисполкома баннер «Трепещи, Премьер-лига! Золото российского футбола будет наше!». Юношей задержали, помурыжили в обезьяннике участка и отпустили, пригрозив, что в следующий раз предпримут более строгие меры. На них это никак не повлияло. За месяц до игры с Муркиной Фасолью их задерживали ещё дважды: в первый раз – за участие в массовой потасовке с фанатами саратовского «Динамо», а второй – за порчу автомобиля тренера тьмутараканского «Торпедо»: на лобовом стекле его «Мерседеса» юноши масляной краской написали «Козёл». За драку их вместе с тридцатью соучастниками только пожурили, а вот за «Козла» пришлось выплатить штраф, деньги были выданы из общей кассы фанатов.
Возможно, поэтому весь матч с «Фриком» Васютка и Артюша просидели тише воды ниже травы. Но только в основное время игры. Счёт был 2:1 в пользу «Зорьки», и можно было не париться и готовиться к празднованию победы. Но случилось то, чего никто не ожидал. Судья назначил дополнительно ещё четыре минуты за разные задержки. Гости вместе с вратарём, оставившим свои ворота, бросились отыгрываться. «Зорька» отчаянно оборонялась. В бессмысленной и безрезультатной возне прошли ещё три минуты 54 секунды. А вот в оставшиеся шесть секунд события на поле развернулись самым невероятным образом. Гости пробили угловой, вратарь отбил кулаками мяч прямо в ноги полузащитнику «Зорьки», он нанёс не сильный, но прицельный удар по пустым воротам – на это ушли три секунды. В оставшиеся три из шести секунд нападающий хозяев и защитник гостей рванули за мячом: первый, чтобы добить и сделать счёт 3:1, второй – чтобы отбить и сохранить минимальную разницу в счёте. Защитник, оказавшийся сзади, схватил нападающего за руку и свалил на газон, а тот, в падении, зацепив противника одной рукой за майку, а другой за трусы, бросил его прочь от направления движения мяча. Тем временем мяч, независимо от того, что происходило вокруг, спокойно пересёк линию ворот.
Стадион замер: что это? Гол? Да, вроде гол. Или… Или?
Семь тысяч болельщиков, в том числе Васютка и Артюша, стояли с открытыми ртами, глядя, как мяч трепыхается в сетке ворот «Фрика». Судья засчитывает гол. Ура! Но в следующую минуту судья показывает жест, означающий, что взятие ворот ещё не подтверждено группой видеопомощников. Спустя ещё две-три минуты судья отменяет гол, поскольку нападающий «Зорьки» и защитник «Фрика», побросав друг дружку, дважды нарушили правила. То есть гол на самом деле был, но во время полёта мяча были нарушены правила, а значит, игру нужно было остановить. На что и указали судье видеопомощники.
Стадион взревел от гнева. Со всех трибун звучали крики «Судью на мыло, свисток на порошок!» Эти слова были, пожалуй, самыми невинными из всех, что тогда услышал в свой адрес судья Фёдор Чубуков.
Не выдержали и Васютка с Артюшей. Васютка вскочил с места и, тыча кулаком в сторону судьи, прокричал:
– Чубуков, ты козёл!
– Он хуже, – добавил Артюша. – Он предатель и подсуживает «Фрику».
– За эти проделки мы должны Чубука наказать, – сказал Васютка. – Причём сегодня же, сейчас же. Иначе я перестану себя уважать.
– Я согласен, но как? – спросил Артюша.
– Есть идея, – сказал Васютка. – Следуй за мной.
Матч был завершён. Часть зрителей потянулась к выходу, успокоившись на том, что игра, при всей подлости судейства, завершилась всё-таки победой любимой команды. Но большинство, потрясённое наглостью главного арбитра и видеопомощников, продолжало ругать их на чём свет стоит.
Тем временем Васютка и Артюша покинули сектор фанатов и пошли вдоль оград с полицейскими в сторону раздевалки, не спуская глаз с Чубукова. По пути Васютка рассказал другу, в чём суть его идеи.
– Мы сейчас пристроимся к толпе, сопровождающей судью, проводим его до раздевалки, прижмём к стенке и отнимем свисток.
– Свисток? – переспросил Артюша. – Что мы с ним будем делать?
– Разместим на Стенде позора в клубе. Я уже придумал текст под ним: «Это свисток судьи Чубукова, который украл у футболистов «Зорьки» гол в матче с Муркиной Фасолью».
– Но в клубе нет никакого Стенда позора, – возразил Артюша.
– Нет, так будет. Свисток Чубукова будет первым экспонатом.
– Класс! – воскликнул Артюша – Хорошо бы ещё в морду ему дать.
– Не надо. Мы не уголовники.
Дошли до дверей в судейскую.
– В бой, – шёпотом на ухо приятелю сказал Васютка
Юноши бросились на судью, Артюша облапал его со спины, а Васютка дважды дернул за шнурок, на котором висел свисток. Опешив от неожиданности, Чубуков вскрикнул от боли. Васютка, порвав шнурок и сунув свисток в карман куртки, крикнул:
– Всё в порядке, Артюша. Бежим!
Юноши метнулись к выходу. Все, кто находился в коридоре, оцепенев, молча наблюдали за атакой на судью. А два полицейских, дежуривших у выхода, вежливо посторонились, освободив бегущим коридор.
Спустя минуту юноши были уже за пределами стадиона. Они торжествовали. Артюша на радостях даже на руках прошёлся по тротуару.
Но примерно через час после этого о торжествах пришлось забыть. Дело в том, что в это же время в ближайший к стадиону полицейский участок пришёл судья Чубуков; его направили к дежурному офицеру (имя не раскрывается по просьбе самого офицера), которому Чубуков рассказал обо всём, что произошло после матча.
– Вас били? – спросил офицер.
– Нет, – ответил Чубуков. – Нападавшие украли у меня свисток.
– Что? – бровь офицера полезла вверх. – Свисток?
– Не удивляйтесь, – сказал Чубуков. – Для меня, для моей семьи это – реликвия, передающаяся от поколения к поколению. Все мужчины нашего рода, от моего прадеда ─ это ему принадлежал свисток, который украли, ─ до меня, были футбольными арбитрами. Уже почти столетие мы бережно храним эту традицию, и свисток стал связующим нас звеном. Скажу больше, он стал нашей семейной гордостью, и потеря его будет для нас болезненным ударом.
– Понимаю, – сказал офицер. – Но давайте к делу. Что вы можете сказать о напавших на вас негодяях?
– Ровным счётом ничего, – сказал Чубуков. – Я их никогда не видел.
– Какие они на вид?
– Молодые люди, юноши. Один сухощавый, высокий, рыжий, другой чуть ниже, крепыш, тоже рыжий.
– Их было двое?
– Да.
Офицер открыл ящик стола и, достав две фотографии, показал Чубукову:
– Они?
– Да. Как вам удалось так быстро определить, кто они? – спросил Чубуков.
– Это наши старые клиенты, – улыбнулся в ответ офицер. Улыбнулся потому, что сразу смекнул: на такую дурь способны только Васютка и Артюша. – Мальчишки, – добавил он, бросив фотографии на стол. – Хулиганьё. Будете писать официальное заявление?
– Честно говоря, не хотелось бы – сказал Чубуков. – Мне бы только заполучить свисток.
– Если они ещё ничего не сделали с ним, вы сегодня же получите его обратно, – сказал офицер и по внутренней служебной связи приказал немедленно отправить дежурную бригаду за юношами. И пока ждали, спросил:
– Слушайте, почему вы не засчитали гол?
– Решение было коллегиальным, – ответил Чубуков.
– Странное решение. Я плохо разбираюсь в новых футбольных правилах, но, по-моему, гол был забит, независимо от всего, что происходило на поле. Правда?
– И да, и нет. Мы внимательно изучили этот эпизод и пришли к выводу, что, если бы защитника не сбили и он мог бы догнать мяч, то гола могло и не быть.
– Может быть, – возразил офицер. – Но до этого сбили нашего нападающего, и, если следовать вашей логике, не будь этого нарушения, он добил бы мяч в ворота.
Чубуков, вытянув нос, внимательно посмотрел на собеседника.
– Вы болельщик?
– Да. Причём заядлый. И что бы вы ни говорили, я считаю, что вы совершили ошибку, не настояв на своём первом решении.
– Возможно, – ответил Чубуков. – Что ж, у «Зорьки» есть право подать на судей жалобу.
– Бросьте, Чубуков! – нервно сказал офицер. – Вам надо было просто следовать здравому смыслу, и тогда на вас не посыпались бы проклятья от болельщиков, и никому, даже балбесам Васютке и Артюше, не пришло бы в голову отобрать у вас вашу семейную реликвию.
Он ещё что-то хотел сказать, но в дверях появился дежурный и сообщил, что задержанные доставлены в отделение.
– Отлично, ведите их сюда.
Когда Васютка и Артюша, осунувшиеся, смирные, с опущенными глазами, вошли в кабинет, офицер, исподлобья взглянув на них, спросил:
– Где свисток, парни? – и, не дожидаясь ответа, добавил: – Мне всё уже известно. Будете отпираться, я посажу вас в обезьянник, а завтра – подчёркиваю, завтра же! – заведу против вас уголовное дело. За свисток вас, конечно, не посадят, но по совокупности уже совершённых преступлений я отправлю вас в колонию по меньшей мере на три-четыре года. Вы мне ещё за «Магнит» ответите. Думаете, я не обратил внимание? Ошибаетесь. Итак?
Артюша, испуганно взглянув на Чубукова, ткнул Васютку локтем. Тот хотел что-то сказать, но офицер его перебил:
– Заткнись! Передай украденное владельцу.
Васютка достал свисток из кармана куртки и передал судье.
– Извините нас, – тихо проговорил он.
– А теперь обо вон! – гаркнул офицер и, глядя на просиявшее от радости лицо судьи, крикнул: – И зарубите это у себя на носу: следующий раз прощения не будет.
Парней как ветром сдуло. Чубуков, сочувственно посмотрев на офицера, сказал:
– Однако, нервная у вас работа.
– Как и у вас, – ответил офицер. – Одно мне не очень понятно, – добавил он, изучающим взглядом посмотрев на судью. – Если это, как вы говорите, реликвия, то место ему не на вашей шее, а в доме, на видном месте, в хрустальной коробочке. Так ведь будет сохраннее. А вы, как абориген, бусы цепляете на себя и носитесь по полю.
– Такова традиция, – вставая, сказал Чубуков. – У меня нет права её менять.
– Ну, что ж, свистите дальше, – улыбнулся офицер. – Но держитесь подальше от этих парней. Они такие смирные только в полиции. На улице они другие – бесшабашные, дерзкие, решительные. Будьте осторожны.
– Я это уже понял – сказал судья и, остановившись у выхода, спросил: – А что эти парни натворили в «Магните»?
– Да всё такую же дурь, как с вами, и с такой же беспрецедентной наглостью, – выдохнул офицер. – На парадной витрине магазина написали белилами: «В продаже имеется дерьмо. Свежее. Недорого». Мало того, сфотографировались у витрины и разместили снимок в Телеграм-канале. Ну, не идиоты?
– Ммда… К тому же оригиналы, – сказал судья, ещё раз поблагодарил офицера и покинул отделение.
Добравшись до дома, он поднялся на лифте на свой этаж и как вкопанный остановился перед дверью – на ней масляными красками было начертано: «А всё равно ты козёл, Чубуков».
