«Рынок труда квалифицированных рабочих нуждается в серьёзных переменах. Необходимо построить внутри рабочих профессий социальные лифты. В России надо воссоздать рабочую аристократию. К 2020 году она должна составить не меньше трети квалифицированных работников – около десяти миллионов человек (с семьями – 25 миллионов).
Квалифицированные рабочие должны быть включены в национальную систему профессиональных квалификаций, оценка их профессионального уровня и получение новых квалификаций не должна замыкаться внутри отдельных предприятий, как это фактически сложилось в настоящее время. Это увеличит возможности рабочих на рынке труда, повысит их мобильность и в конечном счёте – их заработки».
, премьер-министр Российской Федерации
Давайте подумаем не о модернизации вообще, а только о кадровой её составляющей. И даже лишь об одной профессиональной группе – станочниках, являющихся, на мой взгляд, основой кадрового потенциала всего машиностроения, а значит, и промышленности.
Генри Форду приписывают слова: «Моё благополучие держится на острие резца». Это следует понимать так, что качество и количество производимых автомобилей решающим образом зависят от уровня инструментальной подготовки. Вспомогательные цеха в силу единичного характера производства практически не поддаются автоматизации и станочник-универсал является и ещё долго будет являться их центральной фигурой. Без них не обойтись и фабрикам лёгкой промышленности, предприятиям металлургии, энергетики, транспорта и строительства, заводам по ремонту сельхозтехники и т.д.
Сейчас мы не просто переживаем дефицит станочников, а находимся на грани исчезновения их как вида, достойного быть занесённым в Красную книгу. В последнее время озвучиваются идеи решения проблемы рабочих кадров, в том числе станочников, путём подготовки их в системе профтехобразования, которую предлагается возродить. Но выпускники ПТУ плохо закреплялись на предприятиях. По ряду профессий система профтехобразования работала фактически на холостых оборотах. Особенно это касается такой массовой профессии, как станочники-металлисты.
Мне в своё время приходилось основательно изучать эту проблему на машиностроительных заводах Новосибирска. С годами обеспеченность станочниками ухудшалась, их текучесть усиливалась. По прошествии двух-трёх лет после окончания училища верными профессии оставалось 10–20 процентов выпускников, а через десять лет – не более 4–5. А между тем токарь по образованию становился токарем по сути как раз только через десять лет.
Почему же не хотели молодые люди работать станочниками, потратив два-три года на получение профессии? Токарь-универсал должен был несколько лет учиться уже в цехе на рабочем месте, постепенно овладевая необходимыми навыками. А если он уже завёл семью? Ждать годы, пока выйдет на более-менее приличную зарплату? Поэтому молодые станочники искали возможность перейти на более денежную и менее напряжённую работу.
Сегодня, чтобы как-то оживить деградировавшее производство и научные исследования, нужны сотни тысяч станочников. А по-хорошему – миллионы. Да не каких-нибудь операционников, а станочников-универсалов высокой квалификации. Наряду с ними – слесарей-инструментальщиков, лекальщиков… Всё это – рабочая аристократия, лейб-гвардия рабочего класса, его элита.
На становление такого аса уходят десятилетия. Я знаю, о чём говорю, поскольку мне в своё время посчастливилось работать с такими людьми, в том числе в качестве начальника инструментального цеха крупного завода. Руками этих умельцев изготавливались изделия высочайшей точности, сложности и качества. Создавать их могли лишь немногие, отмеченные божьей искрой. И мне тогда нисколько не казался гиперболой рассказ Лескова о Левше, подковавшем блоху.
И вот таких «левшей», составлявших национальное достояние, у нас не стало. Без воспроизводства их ни о какой модернизации не может быть речи. А значит, и с нефтегазовой иглы нам не соскочить. В Сколково их не подготовить, в ПТУ не выучить.
Но всё равно, с чего-то же надо начинать?! А надо, мне думается, начинать с восстановления престижа рабочего человека в стране. Но дело это чрезвычайной трудности. Ведь нужно ни много ни мало произвести целую революцию в сознании молодых людей. Создать такую мотивацию, чтобы юноша шёл не в охранники, а к станку.
Необходимо существенное повышение зарплаты квалифицированным рабочим. А насколько «существенное», покажу на примере того, как это было в советское время.
Хороший токарь или слесарь-инструментальщик в 1970-е годы мог получать 400–500 рублей. Оклад директора крупного завода был таким же, а то и менее. Зарплата первого секретаря райкома партии составляла 300–330 рублей.
Так что элита рабочего класса приравнивалась по достатку к элите управляющей. Высококвалифицированные рабочие в первую очередь обеспечивались жильём, местами в детских учреждениях, путёвками в санатории и т.д.
В нынешних же условиях, когда у умного и предприимчивого человека появилось много возможностей хорошо заработать, станочник или слесарь-инструментальщик, мастер своего дела, должен получать гораздо бо´льшую зарплату, чем другие работники.
На вопрос о том, насколько значительным должно быть выделение по зарплате высококвалифицированных рабочих, скажу, что тут нечего особенно мудрствовать: как только желающих стать станочниками окажется больше, чем их требуется, можно остановиться в наращивании стимулирования.
