С его уходом на невидимый план литкритика заметно потускнела: никто из ангажированных «зоилов» никогда не сможет, как он. И не посмеет: кишка ментальная тонка. Как уместить в хронометраж газетной колонки всё то, что сделал «начальник контрразведки городского партизанского отряда… хотя чего уж там городского. Федерального! Как минимум на две столицы» (цитата из письма Топорова, адресованного мне в 2011-м, когда мы делали интервью по электронной почте: именно так он обозначил своё место в цирковой ложе современного литпроцесса).
Новая книга знаменитого критика, публициста, переводчика и поэта Виктора Топорова «Двойное дно», выпущенная в издательстве «Городец», – это воспоминания литератора-скандалиста с пресловутым двойным дном: «…человека выдающегося ума, уникальной эрудиции и беспримерного остроумия», как уточняется в аннотации для тех, кто не имел чести знать автора лично. Его ненавидели, его боялись, его боготворили, его обожали, его… его… его… тчк. Мне повезло: мы были знакомы и несколько раз (до сих пор жалею, что мало) пересекались.
Как-то, в начале 2000-х, я поехала в Питер. Просто так – и всё-таки с рукописью. Разделила её на две части: одну отнесла в «Лимбус». Град со снегом, град с дождём… премилая погодка Северной Венеции, олэй! Некто в чёрном пальто с капюшоном; зонта нет – с капюшона капают слёзы дождя, который случается только в Санкт-Петербурге, и нигде больше… В несколько бомжеватом виде я открываю издательскую дверь – и, о чудо, меня принимают. Редактор берёт папку с текстами и как-то странно на меня смотрит: я, разумеется, осознаю, что он думает о таких вот ходоках, и быстро ухожу – в град со снегом, в снег с дождём, а через пару дней раздаётся звонок: рукопись нравится, редактор покажет её самому Топорову (спустя несколько лет с лёгкой руки Виктора Леонидовича выйдет моя книжка «Коллекция нефункциональных мужчин», которую тут же услужливо «распнёт» другая критика, – забавно).
Топоров говорил: «В литературе нельзя говорить спасибо – только пожалуйста. Вот дали тебе премию – значит, поблагодарили тебя за книгу. Они поблагодарили, а ты им что, «спасибо на спасибо» говоришь? Нет, говори «пожалуйста». Или: «…опускать/возвышать авторов для критика нормально. Главное не забывать о том, что тобой опущенный тебя сразу же раз и навсегда возненавидит, а тобой возвышенный не обязан проникаться к тебе признательностью, особенно на всю жизнь». Настоящих писателей называл городскими партизанами: «…независимо от направления, жанра, возраста, пола, национальности и много чего ещё. Городские партизаны действуют (ну, или, увы, почти бездействуют), а «литературное гестапо» их преследует, ловит, убивает при задержании, пытает, вешает или подкупает, запугивает, перевербовывает… Весь литературный истеблишмент – такое гестапо; здесь без иллюзий».
«Могу ли отправить вам свой новый роман? Называется «Сперматозоиды»…» – «Женщина высылает мужчине сперматозоиды?! А впрочем, почему бы и нет – в наш горестный век?» – переписка наша с Топоровым дорогого стоит… впрочем, к чему эти воспоминания? Всё просто: к переизданию топоровского «Двойного дна». Все кричат о новинках, а надо просто переиздать. Лучшее. Оно есть.
Наталья Рубанова,
писатель, драматург, критик
