Сколько стоит Победа? Тогда, 70 лет назад, об этом не думали, не изнуряли себя точными подсчётами. Знали, что дорого, дороже всякого золота, дороже человеческой жизни. Нынче времена другие – рыночные, поэтому нет ничего удивительного в том, что наш главный рыночный канал РБК решил поинтересоваться, «какова она, себестоимость Победы?», в целом цикле передач, объединённых общим названием «Экономика Победы».
Каждая программа в цикле иллюстрирует цифрами и процентами абстрактное нравственное сознание высокой цены подвига всей страны в годы Великой Отечественной. И всё бы ничего, если бы не скрытый за всем этим торгашеский подтекст: а может, и платить не стоило? Может быть, можно было купить Победу за полцены, по дешёвке, как на распродаже, дождаться скидок, поторговаться с историей?
Особо «отличилась» в этом плане программа «Немцова. Взгляд», посвящённая теме индустриализации, её вкладу в Победу. Оказалось, что и делали-то её не так, народу тьму только зазря загубили. Развязали войну с крестьянством. Завалили, мол, трупами, не только на военном, но и на трудовом фронте. Постоянный участник передачи Ян Мелкумов не жалел чёрной краски. Из всей сталинской индустриализации, по его мнению, вынесли мы прежде всего привычку к туфте, припискам, очковтирательству, страсть к поиску врагов-вредителей и хрестоматийное «мы за ценой не постоим», с которыми потом развернулись в 26 миллионов людских жертв. Да и нужна она была не для обороны, а для захватнических планов СССР, стремившегося раздуть мировой пожар и добившегося этого своей внешней политикой в 1939-м.
Что ж, всё остаётся по-прежнему. Для одних Победа – это предмет гордости и веры. Для других – предлог для глумления над той высокой и благородной жертвой, которая была принесена всем народом во имя Победы. Для одних Победа – символ единства нации, для других – она повод для раздоров и политических спекуляций. Да, разделение есть. С одной стороны, жертвующий народ, с другой – торгующие в храме.
Борис НИКИТИН