Помню тот день потрясений от горя и счастья –
Трижды любовь осенила меня в одночасье.
Первой брюнетка была, секс-бомба, женщина-вамп роковая,
Сразу влюбился в неё, страсти своей не скрывая.
Она раздавила меня, не моргнув и глазом,
Тяжкой, властной, жестокой своей красотою.
Грозной статью своей, мощным торсом и тазом
Мои сокрушая моральные принципы и устои.
Я онемел, оробел, как при виде прущего танка,
Сердце упало, скатившись в какой-то обрыв.
Я бы погиб, если б не вышла она на «Таганке»,
Я облегчённо вздохнул, взглядом её проводив.
Так и ушла от меня, не взглянув, без улыбки,
Я же едва подавил из сердца рвущийся стон.
Только махнула мне бантом своим на затылке,
Как скаковая кобыла хвостом.
Я был безутешен, пока на «Кузнецком Мосту»
В рослой вошедшей эффектной блондинке
Не распознал воплощённую жизни мечту
Ярче рекламной журнальной или телекартинки.
Это она! Пол заходил подо мной…
Шорты мини,
Почти бикини,
С вырезом топ кружевной,
И прежние чёрные чары смыло, как будто волной.
Метко метнула в меня намётанный взгляд
И сразу попала, ранив в самую душу:
Как же силён оказался его наркотический яд,
Жажду повтора! И как юнец – то смелею, то трушу.
Но нет! И эта любовь безответной была, безотрадной!
Грудью в толпе дорогу себе пролагая
(А грудь у неё, повторю, высокая и тугая),
Выходит она, дылда, верзила такая, на «Баррикадной»…
Как же ужасна поездка в московском метро!
Транспорт страдальцев и жертв, немых страстотерпцев.
То чья-то грудь, зад, взгляд, нос, лицо, бедро –
Вечно мозолит глаза, гнетёт и давит на сердце.
Женщин бездушных ругая, страдая, чуть не рыдая,
В депрессии страшной тащусь домой по Тушину.
Только жена, только она одна, родная,
Может утешить, если не опоздаю к ужину.
Но что это? Чья-то улыбка меня коснулась,
И освежающий лёгкого ветра порыв:
Девушка мимо прошла и на бегу оглянулась,
Ясной открытой улыбкой меня одарив.
О, как элегантны замшевая её рубашка,
Стильный крой влитых кремовых кожаных брюк!
– Милая, – вслед ей шепчу, – пастушка, рыбачка…
Быстрых её каблучков чутко ловлю перестук.
Радостный заявляюсь домой. Жена
Смеётся, счастлива, бросилась мне на шею,
Вместе со мной радуется и она,
И я смеюсь и радуюсь вместе с нею
И, радостный, завершаю свою одиссею.
