Два года назад на телеэкраны страны вышел 18-серийный документально-публицистический фильм митрополита Тихона «Гибель империи. Российский урок», а в конце декабря нынешнего увидит свет и его книга с аналогичным названием, которую он писал десять лет.
На состоявшейся на прошлой неделе презентации нового издания митрополит Симферопольский и Крымский Тихон (Шевкунов) назвал события февраля 1917 года революцией сытых, или бунтом подросткового негативизма. Никаких причин для переворота и массовых беспорядков, по его мнению, не существовало. Россия была единственной среди воюющих в Первую мировую стран, где не было голода. Страна при Николае II процветала. В 1913 году Россия собрала зерновых больше, чем Канада, Аргентина и Соединённые Штаты вместе взятые и, по данным Кембриджского университета, занимала третье место в мире по ВВП, а по темпам роста промышленности – первое.
Но, к сожалению, большинство интеллигенции жило тогда «одной верой – верой в революцию», а существующая политическая форма казалась ей единственным источником зла. Начался, считает митрополит Тихон, самый «настоящий массовый психоз. Все требовали устранения существующего правительства, существующей власти и замены её на лучших, прекрасных, известных всей России людей. И государство ничего не смогло этим установкам противопоставить».
Усвоили ли мы уроки прошлого? Национально-психологическая генетика, считает митрополит Тихон, может запрограммировать нас на повтор исторических срывов. «Подростковый негативизм» и «игра в непослушание» до сих пор характерны для состояния умов в российском обществе. «Мы все знаем детей в период подросткового негативизма... Они будут всегда против родителей, учителей, любой власти, против всего. Они будут самоутверждаться. Вот наше российское интеллигентское общество к тому времени не вышло из состояния подросткового негативизма… Это была такая игра в непослушание. Я не знаю, насколько сейчас оно повзрослело. Но есть все признаки того, что болезнь эта хроническая и застарелая». Не допустить повторения революционных событий 1917 года в России возможно, только понимая соответствующие общественные «болезни и излечивая их в самих себе и в своих ближних».
Соб. инф.