Юрий Коваленко, собкор «ЛГ», Париж
В парижском театре Опера Гарнье, он же Дворец Гарнье, проходит выставка, посвященная его 150-летней истории. Под дворцовыми сводами представлены картины, рисунки, афиши, фотографии, рукописи, костюмы, макеты декораций, показывают отрывки из фильмов и спектаклей. Названный в честь его архитектора, Дворец Гарнье в одночасье стал одним из главных исторических памятников города на Сене.
Дворец славен как своими балетами, лучшие из которых в нынешнем репертуаре поставлены Рудольфом Нуреевым, так и операми, в которых блистали Федор Шаляпин и Мария Каллас. Своей популярностью творение Шарля Гарнье в какой-то степени обязанл и знаменитому триллеру Гастона Леру «Призрак Оперы», который лег в основу фильма и мюзикла. Сегодня рукопись «Призрака» и афиши картины можно увидеть в одной из витрин экспозиции.
В начале прошлого столетия искусство Терпсихоры переживало во Франции непростые времена, и его возрождение, считают балетоведы, многим обязано «Русским сезонам» Сергея Дягилева, правлению Сержа Лифаря и, наконец, выступлениям и хореографии Рудольфа Нуреева. В 80-е годы он стоял во главе балетной труппы парижской Оперы и в гнезде своих «птенцов» вырастил плеяду этуалей. Один из них – Лоран Илер — с 2017 по 2022 гг — руководил балетной труппой Московского академического музыкального имени Станиславского и Немировича — Данченко.
Революционный держите шаг
«От русских балетов до Рудольфа Нуреева, или как Дворец Гарнье стал храмом танца» — так называется один из разделов каталога выставки, написанный ее куратором Инес Пиовесан. К моменту открытия Дворца Гарнье в 1875 году немного померк престиж балета парижской Оперы. Не хватало танцовщиц, которых приходилось приглашать из других стран. Дефицит танцовщиков латали травести. К тому же пожар 1873 года уничтожил вместе со старым зданием на улице Пелетье и складами значительную часть декораций и костюмов.
Влияние русского балета на французский принесло плоды. Прежде всего, балетмейстером парижской Оперы пригласили танцовщика и хореографа императорских театров Ивана Хлюстина, который ставил спектакли в Большом театре, а в 1903 году эмигрировал во Францию. Вначале он стал хореографом, а затем возглавил балет парижской Оперы.
В этих условиях явление «Русских сезонов» Сергея Дягилева на берегах Сены было судьбоносным. Все началось в 1906 году с Русской художественной выставки на Осеннем салоне, а два года спустя в парижской Опере показали «Бориса Годунова», в котором пел Федор Шаляпин.
На следующий год русская труппа выступала во Дворце Гарнье с балетами Михаила Фокина — «Жар-птица», «Шехерезада», а также показала «Жизель», которая исчезла из парижского репертуара полвека назад. Успех был феноменальным, свидетельствовал композитор Морис Равель, «публика восхищалась решительно всем». Ее покорили беспрецедентная новизна, блистательные танцоры, хореографическая удаль. Дягилев и его труппа, отмечала критика, по сути, показали новый балет, ставший синтезом танца, музыки и живописи.
Красное знамя Дягилева
Бунтарский дух бесстрашного Дягилева время от времени провоцировал бурные скандалы и протесты. Так, в финале «Жар-птицы» во Дворце Гарнье в 1917 году Дягилев распорядился повесить на сцене красное знамя как символ Февральской революции в своем Отечестве. Респектабельная публика была шокирована, негодовала и требовала запретить спектакль.
«В России сегодня красный флаг, — объяснил зрителям Сергей Павлович на страницах «Фигаро», — является символом тех, кто признает, что благополучие мира зависит от освобождения его народа, которого можно добиться только путем борьбы до победного конца».
Дягилев привлек в свою антрепризу лучших русских художников — Бакста, Бенуа, Гончарову, Ларионова, Коровина, Рериха, французов — Брака, Матисса, Руо, испанца Пикассо, женившегося на его балерине Ольге Хохловой.
Дягилевские представления шли в Париже до его кончины в 1929 году. Наследником стал его протеже Серж Лифарь, который в роли премьера выступал в «Русских сезонах». Дягилев называл его «акробатом линий». После смерти Дягилева Лифаря пригласили в парижскую Оперу – вначале премьером и балетмейстером и, наконец, худруком. Он руководил балетом почти три десятилетия и поставил около ста балетов. Некоторые – например, «Икар» — до сих пор идут в разных странах.
Он проявил себя замечательным реформатором, основал Парижский университет хореографии. Балетные историографы сравнивают его роль во французском балете с той, какую сыграл в русском француз Мариус Петипа. Он ввел в репертуар балеты Чайковского, первым пригласил в Париж советскую балерину – Марину Семенову. Нельзя не сказать и о том, что Лифарь собрал одну из лучших в Европе русских библиотек, основу которой составили раритеты дягилевской коллекции, в которой хранились десять писем Пушкина Наталье Гончаровой. Он выступил одним из организаторов празднования в Париже 100-летия со дня смерти поэта в 1937 году .
«Цветное зеркало шелков»
В числе уникальных экспонатов нынешней экспозиции — пять свинцовых урн, в которых хранятся «капсулы времени». В начале минувшего столетия на них записали голоса великих певцов — прежде всего, Федора Шаляпина, который исполнил песню «Как король шел на войну». Сто лет спустя их извлекли, прослушали, оцифровали и передали на хранение в Национальную библиотеку Франции.
Одна из главных достопримечательностей парижской Оперы — роспись плафона Дворца Гарнье, которую министр культуры писатель Андре Мальро заказал Марку Шагалу в 1963 году. 77-летний художник запечатлел на плафоне сцены из выдающихся балетов и опер, в том числе «Бориса Годунова», «Лебединого озеро» и «Жар-птицы». Мэтр с гордостью назвал свои росписи «цветным зеркалом шелков и блеском драгоценностей». Увидев его работу, Мальро воскликнул: «Кто еще из живущих художников мог бы расписать потолок Парижской оперы так, как это сделал Шагал — один из величайших колористов нашего времени?!».
«Крестным отцом русского балета здесь называли известного художника Жака-Эмиля Бланша, который создал галерею портретов наших артистов. В юбилейной экспозиции он представлен двумя полотнами — Иды Рубинштейн и Вацлава Нижинского в «Шехерезаде» и Тамары Карсавиной в «Жар-птице». На обороте обложки каталога фотография Рудольфа Нуреева, парящего в прыжке над крышей Оперы. А в книжной лавке во Дворце Гарнье русская суперзвезда представлена полутора десятками книг – от фотоальбомов и байопиков до воспоминаний и автобиографических заметок.
«Нуреев был высокомерен, как бог, который, чтобы танцевать, принял человеческий облик », — писала летописец парижской Оперы Мартин Каан, автор нескольких десятков трудов о балете. На выставке представлен макет декораций «Баядерки» — последнего балета Нуреева, который умер три месяца спустя после премьеры. Он упокоился на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа неподалеку от Сержа Лифаря. Несмотря на то, что Нуреев, согласно легенде, просил похоронить его подальше от Лифаря – два артиста, ревнуя к Терпсихоре, питали, мягко говоря, взаимную неприязнь.
В тему
«Чествуя Дягилева, Франция, Париж и весь художественный мир чтут не только его личность, но и нашу тысячелетнюю славянскую народную культуру, которая ныне внедрилась во всечеловеческую художественную сокровищницу».
Серж Лифарь, выступление на церемонии, посвященной присвоению имени Сергея Дягилева площади у здания Оперы в 1966 году.