Светлана Петровская
Художник, поэт, прозаик, преподаватель. Выпускница Абрамцевского художественного училища им. В. Васнецова и Кубанского государственного университета. Автор восьми книг прозы и поэзии. С повестью «Воробушек на ладошке» стала победителем конкурса «Иду на грозу» журнала «Сибирские огни» в номинации «Педагогика» (2023). Соавтор сборника короткой прозы на троих «Трое в лодке, не считая…» (2025) и необычной книги – романа-амор – «Между нами тайна»: Он и Она о любви» (2026), альманахов «Под небом единым» и «Мягкая сила Сочи» (2026) из серии «Сочи литературный».
Весна
Не пугай последним инеем,
Эй, Зима, а ну‑ка – вон!
Я надену платье синее,
Да с коротким рукавом!
Перед зеркалом не хвастаю.
Разгоню румянцем грусть.
Сероглазая, скуластая,
Вдоль по улочке пройдусь,
Как лиса, шажочки в линию,
Спинкой‑струночкой звеня.
Отразится платье синее
В небе мартовского дня.
Подхожу всё ближе, ближе я.
Да почти уже бегу.
А коты шальные, рыжие –
Апельсины на снегу.
Тает снег печальной прозою,
Даль – лилова и ясна.
Всё! Пришла! Дышу мимозою!
Ваша лучшая Весна!
Моему дедушке-пограничнику
Как люблю я, когда на крыши
Льётся майский зелёный свет.
И меня ты, конечно, слышишь,
Не увиденный мною, дед.
Ты историю знаешь в лицах –
Охранял рубежи страны.
Расскажи мне о тех границах,
Пред которыми все равны.
День Победы – Святая дата.
Кто там рядом стоит с тобой?
Невернувшиеся солдаты
Каждый день продолжают бой?
День пройдёт, а Победа – с нами,
Словно Вечный огонь горит.
И солдатскими голосами
Память прошлого говорит.
А когда мой последний ветер
Оборвёт мой последний лист –
Станет мир безгранично светел,
Станет мир безгранично чист.
И крылами заплещут птицы:
«Чья душа? Догоняй! Лови!»
Встретит Дед меня на Границе
И обнимет: «Свои, свои…»
К портрету Пушкина
Пушкин смотрит с портрета в окно, в бирюзовую даль,
Где, прощаясь, летит расписное объёмное лето.
Пушкин, как я люблю тебя! Жаль,
Ты не знаешь об этом…
Ну и как тебе там, в одинокой двухмерной тиши?
Высота, ширина, масло, холст, золочёная рама…
И над строчкой – дыханье души,
Словно ветер над храмом.
Мы прочли твои письма и сунули нос в дневники,
Посчитали друзей и подруг, подержались за свечку…
Был бы жив – вновь перчатку с руки
Да на Чёрную речку!
А над Соротью гуси кричат на осеннем пиру.
И тропинка ведёт, как всегда, до Тригорского парка.
Няня сказку довяжет к утру –
Деревенская парка.
А над Соротью гуси кричат на осеннем пиру.
Гуси перья роняют на радость великим поэтам.
Гусь поэту собрат по перу,
Да не знает об этом…
Голос детства
Детство рукою смуглой свивало кокон.
В нём так уютно жить, и читать, и верить…
Книги нам были гораздо важнее окон,
Наши мечты открывали иные двери.
Были простыми и шумными наши игры.
Честное слово давая, в глаза смотрели.
А иногда дворами дрались, как тигры.
Ну а потом мирились и песни пели.
Яблоко ели, кусая его по кругу.
Старый шалаш был милее, чем новый терем.
Вечное лето! Но ближе и ближе вьюга,
Где одиночество каждый к себе примерит.
Кончится детство … Ты прыгнешь птенцом на ветку.
Крылья пока не окрепли – всего с ладошку.
Бьётся сердечко, стучит о грудную клетку.
Смотрит мир на тебя, как большая кошка.
Значит, пора набираться весенней силы,
Пробовать голос, отважно летать по свету –
Вороном мудрым, соколом быстрокрылым,
Вещей кукушкой, а может, скворцом‑поэтом.
В детстве никто не назвал бы меня трусихой.
Страшные сказки детям – как шоколадка.
Дайте мне храбрости, чтобы промолвить тихо.
Дайте мне мудрости, чтобы сказать кратко.
Пусть в этот миг засияет лучами небо,
Пусть в этот миг остановит свой бег ветер.
Чтобы слова мои были важней хлеба,
Чтобы слова мои были понятны детям.
