В июне прошлого года в Комарове, на домике, где в летнее время проживал поэт Глеб Горбовский с супругой Лидией Гладкой, открылась мемориальная доска памяти поэта. Год спустя петербургские литераторы собрались возле дачи Глеба Яковлевича. К ним присоединились представители Камчатского землячества из областного Дома дружбы и члены ЛИТо «Балтийский парус» им. Н.Н. Альтовской.
Подростком, окончив ремесленное училище №13, Глеб Горбовский работал модельщиком на Балтийском судостроительном заводе. И всегда с большим удовольствием приходил выступать в цеха и отделы родного завода. Я работала здесь с 1971 года и помню, как в обеденный перерыв мы бежали в красный уголок. На творческих встречах, которые были для нас настоящим праздником, выступали по два-три композитора, певца, поэта и прозаика. Красные уголки были забиты желающими услышать стихи в авторском исполнении, иногда удавалось приобрести книгу с автографом.
Представители Камчатского землячества тоже считают Глеба Яковлевича своим. Глеб Горбовский вместе с женой, поэтессой и журналисткой Лидией Гладкой, прошли по Сахалину, Камчатке и Средней Азии в составе геологических и изыскательных экспедиций.
На даче поэт проживал с 2006 года. Здесь, среди комаровских сосен, рождались новые строчки. Сейчас в издательстве «Историческая иллюстрация» выходит седьмой том его произведений. Семитомник печатается благодаря усилиям Лидии Гладкой, которая вместе с близкими друзьями Горбовского помогла собрать, подготовить и оформить это ценное издание.
Воспоминаниями о Глебе Горбовском и Лидии Гладкой, написавшей книги о литературе народов Севера, поделилась поэтесса Алина Мальцева. Председатель Союза писателей Санкт-Петербурга Валерий Попов рассказал о дружбе с Глебом Яковлевичем на комаровских дачах, о последнем месте проживания талантливого поэта.
Поэт Виталий Дмитриев читал нам свои стихи и стихи Горбовского, а мы, притихшие, слушали и слушали…
На руках моих – пятна и шрамы,
а в мозгу – отголоски войны.
…Я себя извлекаю из ямы,
из которой лишь звёзды видны.
Как попал я туда? Добровольно.
Просто рухнул от сущего – в тень.
Мне от сущего тошно – не больно,
потому что оно – каждый день…
Мне наружу карабкаться поздно.
Знать, судил мне Господь неспроста:
видеть только далёкие звёзды,
а – о ближних забыть навсегда.
Людмила Баранова
