Войной расколотое детство

Библиотекарям города Подольска

Хранители бесценных фолиантов!
Сотрудники земных библиотек!
Вас нет среди мифических Атлантов,
Но вы духовно прославляете наш век.
Со школьных лет мы смотрим в ваши лица
На фоне картотек и стеллажей.
Для нас вы – Родины частица
И свет добра в тумане миражей.
А ваши фонды схожи с островами,
Где столько ещё кроется чудес,
Что каждый день, озвученный словами,
Имеет вдохновляющий свой вес!
В такой момент не мучают сомненья,
И всех нас тянет на возвышенные строчки.
В общенье с вами мы, как звенья,
В познанье тайн земной цепочки.
И что нам все рекламные интриги
В засилии компьютерных программ,
Когда есть вы и ваши книги,
К которым тянет, словно в храм.
И пусть сегодня игротеки и аптеки
В рекламной моде набирают вес,
Я свято верю, что библиотеки
Свой не утратят интерес.
И говорю как книжный почитатель,
Во имя вас решившийся на речь:
БИБЛИОТЕКАРЬ –
наш духовный лекарь,
А лекарей положено беречь!

Анастасия Грачёва

Grotta*

Где высокие фонтаны
Бьют торжественные скалы,
Где растаял древний лёд –
Папоротник расцветёт…

В чёрной каменной долине
Холод водит в тёмной глине
Тени прошлых вечеров…
Эхо странных голосов…

Уходи, случайный путник!
Не ищи своей судьбы!..
Тишина – печали спутник –
Здесь скрывает чьи-то сны…
—————
* Grotta – грот, ит.

Облака

Явилась мне сегодня в радости
Твоя любовь.
Я зачерпнула млечной сладости
У облаков.

И в нежном шелесте азалий
Нашла мотив,
На ноты будущих свиданий
Его разлив.

Явилась я сегодня в радости
Твоей любви,
Ты в облаке молочной сладости
Меня смотри!

Любовь сама нарисовала
Меня тебе,
Пока я шла в тени причала
К твоей судьбе.

Явилась нам сегодня в радости
Сама любовь,
Раскинулась шатром из сладости
И облаков.

Муза

На свете есть один пиит,
В меня нечаянно влюблённый,
По лунной нити он скользит
И сон читает мой тревожный.

Из света соткан добрый мастер,
Всё беспокоясь обо мне,
Поёт в ночи о тихом счастье,
Играя тенью на стене.

Татьяна Прошина

Шум

Мои мотыльки распахнули крылья, увидели новый свет,
Как последний полёт, ломавший крылья о лондонский мост.
Каждый раз возрождаясь, исполняя немой завет,
Как капитан корабля, не желающий покидать свой пост.

Вёрсты лун, полумесяцев, истоптанных в пыль дорог,
Горьких улыбок и приторно-сладких слёз
Останутся за пеленою, уйдут на горний порог,
Чтобы вновь руками доставать чудеса из звёзд.

Катарсис мыслей и чувств, немой тишиной
Разбиваешь мечты и в чай доливаешь дождь.
Разбирая на части, что держит меня с тобой,
И ветер с полей вновь навевает дрожь.

И пока что горит огонь,
Крылья жизни летят на свет.
Сжимая твою ладонь,
Встречаю летний рассвет.

С первого на восьмой

С первого на восьмой,
Псевдоискренний скульптор Ада.
Листаешь мысли бульварных газет из чужой зимы.
Числа в календаре изменяют твою помаду,
Распевая свои псалмы.
Город просит думать чётче и побыстрей,
Пока что горит на светофоре красный.
Отдать свои мысли хороводу огней
И звуков, надеясь очнуться в сказке.
Краска течёт с лица по кафельным стенкам ванной,
С первого на восьмой.
В подреберье бессовестно душно.
Дождём и водой смываются все твои раны,
И странный чернильный демон пробрался в душу.
Прикоснись переносицей к холодной железной двери.
Отсчитай удары до без пятнадцати полночь.
Достань телефон, о, сколько в него ни смотри,
На экране темно. Абонент вас больше не хочет.

Асфальт

Асфальт уходил из-под наших ног,
Летел к экватору полюсов.
В запутанных линиях городов
По венам течёт берёзовый сок.

И последнее сальто усталой земли
Замрёт на Тауэрском мосту.
И растворится за поворотом,
Вечно ныряющим в пустоту.

Елена Бабий

* * *
Посвящается Марине Цветаевой
Времени осталось мало.
Год здесь длится только миг.
Может, передать забыла
Будущее в этот мир.
Может, что сказать хотела?
Не хватило сил, обвал!
Я осколки всех мгновений
Принесу и в жизнь отдам.
Пусть читают все потомки,
Удивляясь вновь строкой.
Все твои стихи в котомке
Я беру всегда с собой.
И как станет лихо,
В них бросаюсь без потерь.
И всё тихо, тихо, тихо,
Только в ночь открыта дверь.

* * *
На хорах певчая стояла,
Молитвенное пенье посылая в небеса.
И все молящие взывали
Простить грехи их до конца.
А храм Архангела Михаила
Светился благодатью весь.
И сердце радостно забилось,
Молитвы в душах сохраняя весть.

Зоя Беликова

Про Питер

Взять бы всё бросить, уехать в Питер
Вслед за тобою, дышать ветрами
И набирать из железных литер
С набережных эсэмэски маме.

Чтобы остывало на дне бокала
И обнажало белые ночи
Солнце, которого было мало,
Счастье, которого было очень
Много.
Кидать бы слова-монетки
В тёмную воду за Эрмитажем…
Город, в котором ты, я и Невский
Связаны десятилетним стажем,
Всё ещё ждёт.
Чтобы на Английской,
Где нас впервые свели мостами,
Стало не важно, с кем были близко,
Было осмыслено, кем мы стали.

Итальянское

Треть земли, две трети неба,
Солнце мажет жёлтой охрой
Холст, натянутый в долине,
Белою каймой пуская
По краям стада овечьи.

Горы в четверть панорамы,
Спрятав море за туманом,
За оливковым парадом,
Обещают безмятежность.

Итальянской пасторалью
Подошёл вплотную к раме
Новый день в своём величье,
И врываются в сознанье
Запах хлеба, гомон птичий.

* * *
И там, среди холмов,
где воздух синь и сочен,
и здесь, где тёплых гроз
так жаждет Первомай.
прицел весны всегда
безжалостен и точен –
не зная полумер,
наотмашь, через край.

И хочется всего,
чтоб с розово-зелёным
смятением в груди
нестись навстречу дню.
Весною так легко
быть заново влюблённым,
ушедшее предав
священному огню.

Ольга Соустова

* * *
Деревенский летний вечер,
Разгуляй моей души!
Вот дорожка лунной пыли
Пролегла в ночной тиши…

Где-то слышен лай собачий
И мычание коров.
Вот подойник тихо звякнул
В глубине ночных дворов…

Успокоилась деревня
И ложится почивать.
Пусть приснится в эту ночь ей
Вся земная благодать!

Осень

Дрожат берёзы, золотом одеты,
В преддверье лютых зимних холодов.
А по утрам морозные рассветы
На лужах кружево плетут из льдов.

Но в солнечных лучах едва согревшись,
Слетевшаяся с ближних всех дворов,
С боярышника, красного от ягод,
Взлетает дружно стайка воробьёв.

Они щебечут нам о том, что осень,
Нас щедро урожаем одарив,
Платком багряным всю укроет землю,
Зиме суровой место уступив.

Мы, расставаясь с ней, взгрустнём немного,
Палитру красок в сердце сбережём.
И белой-белой вдаль пойдём дорогой,
Пока не смоет снег весна дождём.

* * *
Серое небо. Серые тучи.
Серая жизнь. Вдруг
Не будет уж лучше?
Но серая краска
Прольётся дождями,
И яркое солнце
Вновь светит над нами.
И серая жизнь
Снова розовой станет.
И радуга-счастье
Врасплох нас застанет!