Исполнилось 85 лет, как 29 сентября 1938 года главы правительств Германии (Адольф Гитлер), Великобритании (Невилл Чемберлен), Франции (Эдуард Даладье) и Италии (Бенито Муссолини) подписали Мюнхенское соглашение. Оно предусматривало разделение части территорий Чехословакии между Третьим рейхом, Польшей и Венгрией. Под видом миротворчества скрывался зловещий замысел. Скоро началась Вторая мировая война. Чему учит Мюнхен? Наш собеседник – известный историк, политолог, публицист Дмитрий Буневич.
– Дмитрий Сергеевич, кто был инициатором Мюнхенского соглашения? Чего хотели достичь?
– После аншлюса Австрии в марте 1938 года гитлеровская пропаганда стала всё громче кричать о тяжкой судьбе немцев, живших в Судетской области – приграничном регионе Чехословакии. Руководство прогерманских политических организаций судетских немцев выдвинуло требование автономии, а затем и проведения референдума о присоединении Судет к рейху. Нарастали беспорядки, происходили стычки с полицией. Чехословацкие власти даже ввели военное положение, а одновременно части вермахта продвинулись ближе к чехословацкой границе. В воздухе Европы запахло порохом, но многие политические лидеры не хотели войны с Германией, рассчитывая перенаправить агрессию нацистов на восток.
При посредничестве британского лорда Ренсимена прошли германо-чехословацкие переговоры, и Прага согласилась на предоставление автономии немецкому меньшинству. Кризис вроде бы исчерпан. Но спустя несколько месяцев Гитлер ощутимо усилил нажим, в Судетах начались волнения и новые, ещё более кровопролитные, столкновения немецких жителей с правительственными силами. Кажется, гитлеровское вторжение неизбежно. В этот момент британский премьер Чемберлен предложил фюреру провести встречу, чтобы избежать войны в Европе. Гитлер дал согласие, и в сентябре 1938 года в Мюнхене прошли переговоры четырёх держав без участия чехословаков, которых просто поставили перед свершившемся фактом.
– Сговор в Мюнхене нередко называют стартом Второй мировой войны. Это так?
– Отчасти. Будущая война была заложена в самой версальской системе, которую сконструировали британцы, французы и американцы по итогам Первой мировой войны. Версальский мир, бесспорно, был несправедлив в отношении Германии, Австрии и Венгрии. Советскую Россию и вовсе пытались изолировать. В Европе заложили множество мин территориальных споров, которые должны были непременно взорваться. Мюнхен просто стал наиболее зримым доказательством бессилия Лондона и Парижа (американцы устранились ещё раньше) поддерживать выгодный им порядок в Европе.
– Как воспринимали соглашение о разделе руководители СССР?
– В Кремле увидели, что складывается блок «западных демократий» с фашистскими режимами Италии и Германии. Ещё в 1933 году между ними был заключён т.н. Пакт четырёх, в 1938-м он был фактически возрождён в Мюнхене. Москва понимала, за чей счёт попытаются решить свои противоречия эти страны – явно замаячила угроза общеевропейского «крестового похода против большевизма». Как бы там ни было, спасением от неё на какое-то время стал заключённый через год московский договор о ненападении между Германией и СССР. Это совершенно очевидно.
– Что могли бы извлечь из истории те силы на Западе, которые в новых условиях с завидным упорством «умиротворяют агрессора» – своё оружие в борьбе с Россией, заблудившуюся Украину?
– Им стоит принять, что никакой стабильный и прочный мир в Европе не может быть построен без России и за счёт России. Наша страна с начала XVIII века является важным участником европейской системы, и всякий раз, когда её интересы пытаются игнорировать, это оборачивается катастрофой для самого Европейского континента.
обозреватель отдела «Политика»
