«Зачем нужна русская литература?» – так, весьма провокативно, называется новая монография Михаила Голубкова (М.: Прометей, 2021).
В книге университетского филолога, заведующего кафедрой истории новейшей русской литературы и современного литературного процесса филологического факультета МГУ, собраны не столько отдельные статьи, сколько размышления автора об одной важной и глобальной проблеме – эстетической, нравственной и дидактической значимости русской литературы. В качестве материала исследования автор выбирает русскую литературу ХХ века, но при этом выделяет именно те аспекты, которые лично ему кажутся наиболее значимыми. Так, первая глава посвящена своеобразию литературного процесса 1920–1930-х гг. М. Голубков анализирует разные концепции революции – Блока, Булгакова и Маяковского, выявляя их взгляды на собственно революционные события, на роль и место человека массы и его преобразование и развитие в новом обществе, на соотношение хаоса и гармонии и т.д., при этом находя как точки соприкосновения, так и принципиальные отличия. Автор размышляет о двух интерпретациях революции – романтико-утопической (А. Блок) и пессимистической (М. Булгаков и, как это ни парадоксально, В. Маяковский). Данная позиция осмысляется автором через призму восприятия их человеком ХХI века, спустя столетие после трагических событий. Вместе с тем М. Голубков прослеживает формирование нового типа читателя – массового человека, который изнутри определяет общую писательскую стратегию и приводит к поискам и выбору писателями определённого амплуа бытового и литературного поведения. Автора интересуют амплуа М. Булгакова и Е. Замятина, Вс. Вишневского и А. Грина, А. Толстого и Б. Пастернака, А. Платонова и М. Зощенко. При этом за каждым типом писательского поведения Голубков видит конкретные социальные, бытовые, личностные и творческие факторы, но при этом основной пружиной формирования данных писательских стратегий автор считает читательский диктат. М. Голубкову через призму литературы удалось выйти на проблемы своеобразия русского национального сознания, формирования особых типов творческого поведения писателя, что позволяет рассмотреть литературный процесс и творческие писательские индивидуальности в контексте новой пореволюционной социокультурной ситуации.
Вторая глава акцентирует внимание на выявлении системности развития разных ветвей литературного процесса ХХ – начала XXI века в целом. Автора интересует проблема периодизации русской литературы ХХ столетия, которое берёт начало в Серебряном веке, а приходит к своему завершению раньше календарного срока. При этом М. Голубков ищет не только своеобразие каждого из периодов развития русской литературы ХХ века, но и прослеживает пути взаимовлияния реализма и модернизма, которое осмысляется как магистральное и маркирует и начало века, и его конец. При явной индивидуальности каждого из периодов литературного процесса прошлого столетия сам процесс воспринимается исследователем как вполне целостное явление. При этом особо выделяется самый сложный и самый неизученный период развития русской литературы ХХ века – современная литература, которая меняется даже в рамках привычной структуры отношений – «писатель – издатель – читатель – критик» – и преломляется через достаточно сложную пространственно-временную и логическую систему координат. Автор убедителен в признании существенных изменений статуса литературы в новое время – утрачен литературоцентризм, прежний высокий статус писателя, который из учителя превратился в производственника-технолога, значительно сужена читательская аудитория, существенно изменена роль критика (представитель читателя в литературном процессе превращается в коммивояжёра), но главной особенностью современного периода литературного развития автор считает отсутствие собственно литературного процесса, чётко обозначенных течений и направлений, взаимовлияния и даже пересечения модернистских, постмодернистских и реалистических эстетических систем.
В третьей главе книги автор использует несколько иную оптику – общий взгляд на литературу заменён пристальным вниманием к отдельным писательским индивидуальностям, к процессам формирования и трансформации творческой репутации писателя. М. Голубков выбирает не самые очевидные сопоставления (поэтому и названа глава «Странные сближенья: к вопросу о творческой репутации писателя»), но соединяет в рамках одной парадигмы М. Горького и А. Солженицына, сопоставляя гражданскую позицию, отношение к власти и взаимодействие с нею, отношение к революции, творческое поведение каждого из писателей. Не менее парадоксально и другое сближенье – А. Солженицына и Ю. Полякова. Признавая их оппозиционность друг другу, принципиальную дистанцию, их разделяющую, автор говорит об их (что парадоксально!) мировоззренческой схожести – в понимании предназначения писателя, задач писательского мастерства, соотношении художественности и публицистичности, схожести их жанрово-родовой палитры. Кроме того, автора монографии заинтересовал вопрос о концепции войны, реализующейся в творчестве таких разных авторов, как К. Симонов, Ю. Бондарев и В. Гроссман, через призму писательской репутации каждого из них.
Четвёртая глава настоящей монографии выходит на ещё более узкий ракурс, который обозначен как «опыты монографического анализа». Предметом исследования становятся произведения В. Набокова, А. Солженицына, Ю. Полякова. Несмотря на то что основное внимание в главе уделено роману Набокова «Защита Лужина», автор выявляет сквозные темы для всего творчества Набокова – тему любви, драматических столкновений творческой личности и объективной реальности и как следствие – сосуществование двух миров – объективной реальности и мира героя. Выбирая для рассмотрения роман А. Солженицына «В круге первом», М. Голубков избирает особый ракурс анализа – религиозные взгляды писателя, отражённые в структуре текста, к примеру, в системе хронотопических координат произведения. Анализ ряда произведений Ю. Полякова сосредоточен на разных этапах творчества этого писателя, а также на процессе складывания писательской репутации.
Таким образом, М. Голубков предлагает особый подход к изучению русской литературы – вдумчивый, взвешенный анализ выбранных аспектов, включающий неспешное прочтение произведений классики и наших современников, осмысление тех аспектов, которые наиболее важны для автора, но самое главное – поиски параллелей, «странных сближений» литературы разных периодов.
Михаил Голубков написал свою книгу в необычной жанровой форме – из записок университетского словесника – и этот жанр не просто привлекает читателя, но и позволяет автору охватить достаточно большой объём материала и сделать его крайне востребованным в самых разных читательских группах – студентов-бакалавров, магистрантов, аспирантов и уже сложившихся филологов, так как не просто погружает своего читателя в мир литературы и культуры ХХ века, но и наглядно показывает ход и направление исследовательской мысли.
Книга «Зачем нужна русская литература?» – свежее и весьма своевременное явление, которое ещё подлежит научному осмыслению. Острота и неожиданность поставленных проблем может вызвать и полемику, и желание вступить в диалог с автором, и творческое развитие мысли. Однако не заметить эту монографию невозможно.
Ольга Октябрьская,
профессор филологического факультета МГУ
