100 лет НИИДАР работает на оборону
В Сирии наши военные блистательно выполняют поставленные перед ними задачи. Даже как-то забылось, что ведь и над нашей страной простирается небо, и оно тоже должно быть надёжно защищено. Как? С помощью чего? Радарной основой – а именно она может это обеспечить – наших Воздушно-космических сил станут радиолокационные станции «Воронеж». Именно их задача – сканировать воздушно-космическое пространство над Россией и за тысячи километров от наших границ по всему периметру.
Ещё лет 15 назад мы мало что могли узнать о том, что происходит в стратегических системах вооружения: о противоракетной обороне, системе предупреждения о ракетном нападении, системе контроля космического пространства. И дело не только в секретности. Просто особо похвастаться было нечем. Стратегическая национальная СПРН после распада СССР потеряла ряд дальних РЛС, которые остались в Азербайджане, Белоруссии, Латвии, на Украине. В Прибалтике вообще дальний радиолокатор взорвали в угоду США. Украина вела себя в свойственном ей духе: хочешь информацию – плати, а потом и вовсе решила закрыть две гигантские РЛС. Азербайджан пересмотрел прежний договор с РФ об эксплуатации у себя самого мощного в мире радиолокатора «Дарьял». Рынок-де и есть рынок. За что боролись, на то и… Только Белоруссия чётко выполняла наш договор по РЛС СПРН «Волга».
В декабре 2006 года информационное пространство взорвалось сообщениями о постановке на опытно-боевое дежурство РЛС «Воронеж-М» в посёлке Лехтуси в Ленинградской области. Надо сказать, что возник «Воронеж» не из ничего. Ещё в конце 70-х годов прошлого века в НИИДАР начали исследовать возможности построения дальних, надгоризонтных РЛС СПРН по технологии высокой заводской готовности (ВЗГ). Впервые технологию институт использовал в 1986 году при разработке РЛС дальнего обнаружения «Селенга». Однако первую РЛС ВЗГ метрового диапазона обнаружения целей разработали уже позже под руководством главного конструктора В.И. Карасёва в ОАО «РТИ им. академика А.Л. Минца», который входит в ОАО «РТИ». Разработка оказалась блистательной.
Огромный радиолокатор стал возводиться в Лехтуси в мае 2005 года. Предполагалось, что система сможет обнаруживать баллистические, космические, аэродинамические объекты, в том числе баллистические и крылатые ракеты. Новейший локатор построили по модульному принципу, что позволило отказаться от капитальных многоэтажных сооружений и возвести мощный дальний локатор за 18 месяцев. Сравните: локаторы СПРН типа «Днепр», «Дарьял» и более ранние «Дунай-3», «Дунай-3У» возводились по 5–9 лет.
Потом года на три о дальних РЛС ВЗГ словно забыли. Лишь в феврале 2009 года появилась сенсационная новость: в районе Армавира в Краснодарском крае на опытно-боевое дежурство в Космических войсках поставлена дальняя РЛС ВЗГ «Воронеж-ДМ» нового поколения.
Технологические два корпуса РЛС высотой с десятиэтажный дом (там расположена электронная «начинка») возведены на сравнительно небольшой площадке. На командном пункте на огромном экране высвечен сектор обзора, что называется, от Северной Атлантики до горы Килиманджаро и далее до Пекина. РЛС способна засекать старты баллистических ракет с земли и с подводных лодок на дальности до 6 тысяч километров.
По траектории полёта ракет электронный мозг станции способен точнёхонько определить районы старта ракет и вероятное место падения боеголовок. В мирное время РЛС обнаруживает и определяет параметры орбит «космического фона» – космических аппаратов и их обломков, вращающихся вокруг Земли.
«Воронеж-ДМ» под Армавиром первой очереди закрыл дыру в стратегической информации СПРН – её прежде давали нам украинские дальние локаторы под Севастополем и Мукачево. Затем новейшие РЛС второй очереди закрыли сектор дальнего радиолокатора в азербайджанской Габале. Зависимость со стороны была зачёркнута. Не все тогда осознавали это в полной мере. Зато теперь мы можем понять всю значимость того, что было сделано, и всю предусмотрительность нашего верховного главнокомандования.
Новейший локатор вошёл в Российскую национальную систему предупреждения о ракетном нападении, которая круглосуточно выдаёт теперь стратегическую информацию о возможных воздушно-космических угрозах стране, что в случае чего позволит Вооружённым силам РФ дать быстрый и эффективный ответ.
Генеральный конструктор ОАО «НПК «НИИДАР» Сергей Сапрыкин, под руководством которого создана дальняя РЛС «Воронеж-ДМ», отмечает, что модульность построения мощного, надгоризонтного радиолокатора резко сократила сроки его создания. Особенность построения всего аппаратного комплекса позволяет оперативно модернизировать РЛС при получении новых методов обзора пространства, создания передовой элементной базы, технологических ноу-хау. Такой новейший локатор, по словам генерального конструктора, развёртывается за 1,5–2 года (вспомним, что предыдущие строились 5–9 лет). Ещё сравним: боевой расчёт на «Воронеже» – около 200 специалистов. А вот «Дунай-3У» обслуживают свыше 1,5 тысячи военнослужащих. Эксплуатационные расходы в Армавире в 3–4 раза меньше!
Следует отметить и слова Сергея Сапрыкина о том, что потенциал, поисковые возможности американских станций, разворачиваемых для ЕвроПРО, значительно уступают российским РЛС ВЗГ. Сама схема построения американских ЕвроРЛС имеет ограничения для достижения приличного информационного потенциала.
При этом если появятся цели с новыми характеристиками, то специалисты НИИДАР будут наращивать потенциал «Воронежа-ДМ». «Имея такие технологичные РЛС, которые можно разворачивать на новых объектах с минимальными затратами, – отметил генеральный конструктор, – эффективнее ставить новые станции в свободных промежутках между введёнными объектами, тем самым повышая информативность радиолокационного поля в целом. Это уже другое, более высокое качество решения задач СПРН».
По другому принципу в НИИДАР подошли и к формированию радиолокационного поля – меньше ограничений в расстановке новых объектов. «В наших РЛС ВЗГ применяется «интеллектуальная» антенна, – поясняет генеральный конструктор, – чтобы обнаружить цели в космосе на дальности в несколько тысяч километров, да ещё при этом их сотни, и скорости у них до второй космической, требуется развить значительную мощность, сконцентрировать в узком луче и очень рационально распределить этот потенциал по сектору обзора. Наши РЛС отлично с этим справляются. Кто их видел, в первую очередь удивляются, насколько они меньше в размерах и экономичнее по сравнению с аналогами при более высоких тактико-технических характеристиках… Других РЛС, близких по потенциалу и классу реально выполняемых «Воронежами» задач, не существует».
Конечно, важно понимать, во что всё это обходится, как сказывается на кармане рядовых граждан, нас с вами. Опять оборонка всё съедает? Нет. Станции ВЗГ строятся на средства из госзаказа. А вот предприятия, которым поручено выполнение этого проекта, принадлежат частному капиталу. Главный акционер – известная в стране АФК «Система».
По словам Сергея Сапрыкина, приоритетный госзаказ – основа стабильности высокотехнологических научных предприятий в такой специфической области, как дальняя и сверхдальняя радиолокация. Здесь нет рыночной продукции, а есть стратегические интересы государства. Яркий пример активного участия частного капитала в развитии госзаказовской тематики НИИДАР – строительство нового производства в Саранске (СТЗ) за счёт акционеров. Это позволило вдвое увеличить выпуск антенных модулей ВЗГ и значительно сократить сроки создания всего радиолокационного поля СПРН.
Перспектива института связана с дальнейшим развитием технологии ВЗГ для высокопотенциальных локаторов. Отличительная черта этих РЛС – открытая архитектура и модульность построения. «Сейчас приходит новая элементная база, – отмечает Сергей Сапрыкин, – по новому мы строим вычислительный процесс в системах управления и обработки информации. Мы готовим новое поколение модулей РЛС, которыми можно наращивать потенциал и точности уже развёрнутых РЛС, а также создавать новые РЛС с умеренными затратами на изготовление и эксплуатацию и невиданными раньше дальностями. Например, из них можно собрать РЛС обнаружения в дальнем космосе астероидов, опасно сближающихся с Землёй и объектами в околоземном пространстве.
Радиолокационное поле по периферии России будет «уплотняться» с учётом перспективы развития средств нападения, как традиционных наших оппонентов, так и бурно развивающихся ближайших соседей с юга. Станции устанавливаются с равномерными промежутками, которые исключают пролёт баллистических и небаллистических целей стратегического назначения».
Как следует из информации нашего оборонного ведомства, работы по строительству радиолокационных станций нового поколения как метрового, так и дециметрового диапазона развернуты в Оренбургской области и в Республике Коми. Заступят на боевое дежурство РЛС типа «Воронеж» в балтийском Калининграде и в восточносибирском Иркутске. А ещё две РЛС – под Красноярском и в Алтайском крае на юге Сибири начнут работать в режиме опытно-боевого дежурства.
Ещё в 2014 году некоторые эксперты стали утверждать, что такие радиолокаторы обладают мощным модернизационным потенциалом и что сплошное радиолокационное поле в России уже создано. Вокруг этой информации среди специалистов, и не только у нас в стране, велись споры.
Точку в вопросе – создано или нет в России единое информационное поле – поставило в конце декабря 2014 года информационное агентство «Интерфакс – Агентство военных новостей (АВН)», опубликовав заявление генерального директора концерна «РТИ», генерального конструктора СПРН, доктора экономических наук, доктора технических наук Сергея Боева. Он сообщил, что концерн «РТИ» с опережением графика планирует вводить в строй радиолокационные станции высокой заводской готовности (РЛС ВЗГ) «Воронеж-ДМ». Это позволит уже в 2018 году создать на территории Российской Федерации сплошное радиолокационное поле. «В рамках контрактов, которые были заключены с Министерством обороны РФ, мы должны были в этом году провести государственные испытания и поставить на боевое дежурство радиолокационные станции в Калининграде и Иркутске. Мы успешно справились с этой задачей. Кроме того, досрочно, с опережением графика, поставили на опытно-боевое дежурство станции в Енисейске и Барнауле, тем самым значительно сократили срок выхода на целевую задачу, поставленную Президентом РФ, с опережением в 2018 году решить вопрос по созданию сплошного радиолокационного поля Российской Федерации в интересах систем предупреждения о ракетном нападении».
Сергей Боев также сообщил, что концерну «РТИ» предстоит построить и ввести в строй ещё несколько РЛС высокой заводской готовности «Воронеж-М», «Воронеж-ДМ», в частности в Воркуте.
Нельзя не сказать вот ещё о чём. В начале статьи упоминались времена пятнадцатилетней давности. Увы, провалы 90-х годов сказываются на работе оборонки и сегодня. Ещё приходится сталкиваться с тем, что на ряде российских оборонных предприятий не хватает молодых, профессионально подготовленных кадров. Вот на одном из подмосковных серийных заводов несколько месяцев не могли найти операторов с высшим образованием для работы на закупленных за рубежом высокотехнологичных обрабатывающих центрах. Хотя зарплата – 150 тысяч рублей! На другом заводе, на важнейшем участке по изготовлению корпусов изделий, остался всего один пенсионного возраста сварщик, который мог ювелирно выполнять одну очень необходимую, но крайне сложную операцию. В центре по сертификации, созданию стрелкового вооружения все конструкторы – пенсионного возраста.
В НИИДАР решается проблема с молодыми кадрами. В институте уже работает целый молодёжный коллектив в двух крупных научно-тематических центрах, которыми руководит 35-летний инженер-конструктор Константин Соколов и его товарищ 32-летний Алексей Добродумов. Молодые учёные выросли на создании новейших РЛС «Воронеж-ДМ».
Это говорит о многом. Как и понуждает о многом задуматься. Хотя хочется ещё раз подчеркнуть: защитный зонт над небом России и на удалённых рубежах уже сегодня надёжен и действует. И надо поблагодарить всех, кто приложил к этому свои знания, волю, высокую организованность и нацеленность на то, чтобы страна обретала должную силу и мощь, чтобы нам жилось спокойно.
