Михаил Кербель: «Публика валом валила в зал судебных заседаний»

В издательстве «АСТ» вышел остросюжетный роман Михаила Кербеля «Срок для адвоката», посвященный событиям 70-х годов прошлого столетия, произошедшим на юге страны, Столкновение с жестокой обвинительной системой круто ломает судьбу молодого талантливого адвоката. Как часто это случалось в реальной жизни? Почему главный герой не сумел помочь себе сам? Кому сегодня адресованы подобные книги? Об этом и многом другом и разговор с автором романа.

 

– Михаил, ваш роман о судьбе молодого адвоката Марка Рубина, в одночасье попавшего из элитной десятки в низшую касту общества и оказавшегося в тюрьме из-за подлога основан на реальных событиях?

– Верно. Начиная с первой страницы книги, где описывается конфликт между цыганами и их полукриминальными соседями на одной из окраин областного центра на юге Украины, закончившийся убийством среди бела дня на площади, а также в последующем повествовании изложено много событий и фактов, происходивших на самом деле в то далекое время. Часть этих событий мне пришлось близко наблюдать, а такие эпизоды как юность героя, его армия, поступление в институт, адвокатская практика – даже переживать самому. Эти отрывки автобиографичны. Другая часть романа написана по рассказам близких мне людей, коллег и, конечно, не обошлось без творчества. Книга-то не документальная. Помог и многолетний опыт работы в адвокатуре.

– У вашего героя так ловко выходит защищать своих клиентов в суде. Неуплата алиментов, браконьерство, даже убийство секретаря райкома комсомола… А какой на самом деле была жизнь советского, не «звездного» и успешного, а рядового адвоката? Рутина или бывал все-таки азарт в деле защиты справедливости?

– Конечно, интересные и громкие дела – скорее исключение в повседневной работе адвоката. Большое количество времени адвокат тратит на прием граждан, написание различных жалоб, исковых заявлений, отзывов на исковые заявления и других документов: разводы, раздел имущества, административные дела и т. д. И даже уголовные дела, которые приходится вести адвокатам, в большей части на первый взгляд особого интереса не представляют. Кражи, грабежи, автоаварии, хулиганства, угоны машин, экономические правонарушения – составляют подавляющую часть преступлений, рассматриваемых судами. Разбои, убийства, изнасилования, то есть то, что вызывает интерес у публики, случаются реже. Но в то же время, независимо от сути преступления, почти в каждом деле для адвоката есть поле деятельности.

– Отец для вашего героя во все времена оставался эталоном мужества и чести. В городе он был своеобразным центром благотворительности, куда незнакомые люди обращались за помощью: устроить похороны, достать лекарства. Но ведь именно на этом погорел его честный и неподкупный сын, которому все-таки всучили взятку. Выходит, главный посыл в романе заключается в том, что добро наказуемо?

– Ну, я бы не рискнул делать такие обобщения. Добро добру рознь. Отец моего героя на протяжении многих лет делал добро много и часто. Но всегда в рамках закона. Сын же, пусть и движимый благими намерениями, закон серьезно преступил. И, учитывая, что вся эта история с тем, что он пошел на преступление была коварно и умело подстроена власть предержащими из мести за сломанную карьеру, другого варианта быть не могло. Не зря я назвал первую часть «Капкан». Этот капкан был очень умело и прежде всего психологически сделан. Сделан с участием человека, хорошо изучившего натуру моего героя. Поэтому капкан для него и захлопнулся.

кербель_обложка.jpg– В тюремной камере ваш герой вспоминает прошлую жизнь. Счастливое детство в коммуналке, двор без признаков антисемитизма, школьная эйфория и жесткий армейский опыт… И все это подано фрагментарно, не линейно и последовательно, как зачастую бывает. Как вы пришли к такой структуре романа?

– В первом варианте повествование было построено в хронологической последовательности: детство, юность, поступление в институт, армия и т.д. вплоть до ареста Марка Рубина. Вторая часть – его приключения в тюрьме и в зоне. Но мои друзья, чьему литературному вкусу я доверяю полностью, заметили, что вторая часть получилась очень тяжелой, мрачной. Кроме того, они предложили подумать над тем, как сделать начало захватывающим и увлекающим читателя с первых же страниц. Так я и пришел к нынешней структуре романа. Честно говоря, учиться приходилось на ходу – ведь это первая моя книга. Я очень боялся, что молодому поколению она не понравится, а мне очень хотелось сделать ее интересной для любого. Но когда я увидел, что менее чем за год на сайте Проза.Ру книга собрала более двенадцати с половиной тысяч читателей и более семисот отзывов, среди которых было немало молодых людей, понял, что писал я ее не напрасно.

По сюжету, давний приятель героя романа предлагает ему, как честному и неподкупному, взяться за одно дело. В результате – подлог, арест, тюрьма. В вашей практике такое случалось? Коллеги предавали?

– В советское время мое противостояние со следователями и прокурорами проходило в рамках закона, хотя предложения сделок за счет моих подзащитных получал неоднократно. Типа: «Вы особенно не шумите, не жалуйтесь, а мы уменьшим количество статей или срок наказания». Такие сделки были для меня не приемлемы. Судьбами своих подзащитных я никогда не играл и сейчас не играю. А вот в адвокатской практике 90-х и «нулевых» я столкнулся с таким количеством преступных провокаций со стороны своих процессуальных противников, что приходилось извиваться ужом, изобретая самые невероятные способы, чтобы и помочь своим клиентам, и самому остаться целым.

– Дело, которое вел ваш герой, обрело широкую огласку, ведь он написал жалобу в Москву, а факт беспорядков в городе достиг «вражеских» голосов. А какие еще громкие дела бывали в те годы? Вам приходилось сталкиваться с подобными случаями, имевшими широкий резонанс?

– Да у меня были дела, вокруг которых еще на стадии предварительного следствия пресса и телевидение создавали такой ажиотаж, что публика валом валила в зал судебных заседаний, ожидая наблюдать показательную судебную «расправу» над преступниками. Но когда путем подробнейшего анализа удавалось донести и до зрителей и до судей, что на самом деле содеянное моими подзащитными и близко не соответствует тому, что освещалось СМИ, страсти затихали, и суд выносил адекватное решение.

– Герой вашего романа был воспитан на книгах Джека Лондона, Фенимора Купера и Майн Рида. Он, конечно же, идеализировал дружбу, вкладывая в это понятие самый высокий смысл этого слова. А на каких книгах выросли вы?

– Честно говоря, эти же писатели были и моими любимыми авторами. И, конечно, Федор Михайлович Достоевский.

– Как думаете, можно ли предложить что-нибудь из них современному читателю? Каким вы его вообще видите?

– Я знаю, что среди жанров сейчас лидируют фэнтези, детективы и любовные романы. Знаю, что многие молодые люди любят больше слушать аудиокниги, чем читать. Но вместе с тем, я знаю, что во все времена такие человеческие качества, как порядочность, сила духа, целеустремленность, желание прийти на помощь другому и умение достойно выйти из самых невероятных ситуаций, которыми наделяли своих героев вышеупомянутые писатели, ценились и будут ценимы читателями любых возрастов. Считаю их книги актуальными и в настоящее время.

– Продолжится ли история главного героя? Будет ли новая книга о нем?

– Срок для адвоката – это трилогия. Первая книга уже вышла в издательстве АСТ. Вторая и третья, надеюсь, выйдут через несколько месяцев. Во второй книге прослеживается судьба Марка Рубина после освобождения и нелегкий период пребывания на «химии», возвращение к работе юристом, участие и приключения в кооперативном движении во время перестройки, приглашение в Москву, разруливание самых рискованных ситуаций с бандитами в «лихие» 90-е и не менее сложные «нулевые». А в третьей – действие романа переносится за океан, где Марка ждут не менее опасные приключение и разочарование во многих аспектах западной жизни. Но он по-прежнему остается верен себе, доказав, что достоин быть сыном своего отца, которого боготворил и заветам которого оставался верен почти всю свою жизнь.

   

Беседовал Алексей КУЧЕРСКОЙ