В наше время сложно встретить настоящие стихи. Такие, чтобы всё было в порядке и с рифмой, и с ритмом, и со смыслом, и с наличием души. Душа – это вообще самое сложное в стихах, потому что неясно, что нужно для того, чтобы она проявилась. Это или есть, или нет. Третьего не дано.
И сейчас мир остался без ещё одного автора, который мог бы порадовать читателя. Лев Болдов покинул этот мир в феврале сего года и больше ничего не напишет. Но любителям проникающих в сердце стихов, наполненных чувством и тонкой эмоцией, дорог его голос.
Когда спят города, позабыв про дневные бои,
Когда светит луна, как огарок, в оконный проём,
Среди каменных стен позывные блуждают мои.
Я бессонный радист. Я тебя вызываю. Приём.
Стихи Льва Болдова наполнены этим зовом. Он взывает к любимой женщине, к небесам, к высшей силе, к себе. Даже неважно, к кому. Главное – это зов. Желание показать себя, свой город, храмы – и, конечно же, чувство.
Все слова мои – невпопад,
И сбоит строка.
Ведь моя любовь – водопад,
А твоя – река.
Но в отличие от большинства людей, просто желающих поделиться с миром своим присутствием, автору есть что показать. Он разнообразит поэтическое высказывание отсылками к Клоду Моне, Блоку, Мандельштаму и многим другим. То он «еврейский мальчик Левитан», то Адам. То он рассуждает о Боге, то вспоминает семидесятые. И всегда следует за ним образ неизвестной женщины – символ любви, – о которой он говорит не меньше, чем о себе.
У Льва Болдова нет вычурных рифм и непонятных образов. Конечно, отсутствует у него и банальное «любовь-кровь», которым когда-то грешил каждый автор. Но простеньких рифм вроде «гроза-слеза» – сколько угодно. И, как ни странно, стихи это не портит, а промелькивает между строчками так, что глаз не цепляется. Вообще стихи автора воспринимаются на удивление легко. За исключением парочки экспериментов с рифмами:
Ну что ж ты опечалился, камрад?
Сто грамм горючих закусив слезою
И разминая в пальцах «Беломор»,
Ты смотришь в точку, сам себе не рад.
Лицом темнея, как перед грозою,
И всё киваешь – докатился, мол!
Как видно, здесь рифмовка отнюдь не стандартна, что может сбить читателя с толку, и он начнёт ловить рифмы вместо того, чтобы вдумываться в смысл. Однако же разве это не тренировка для мозга?
Также есть у автора стихи и с неустоявшимся ритмом, меняющимся от строфы к строфе:
На суку сидит ворона,
Как посланница Харона.
Целый день сидит она
У замёрзшего окна.
На дворе мороз лютует,
А она и в ус не дует.
Даже с места не сойдёт –
Ждёт.
И дальше в этом стихотворении идут уже шестистишия. Но отчего-то такие перебивки тоже к месту и совсем не усложняют понимания.
Стихи Болдова музыкальны и мелодичны. Возможно, поэтому на них написано множество песен многими композиторами и бардами.
Кроме того, в конце сборника «Полёт» находится рассказ про художника-волшебника, который делает людей счастливыми. И возможно, Лев Болдов в чём-то сам является подобным волшебником.
Тамара ПУТИНЦЕВА