Обречённые на одиночество

Писатель всегда одинок, пишет у себя за столом, отвернувшись от всех, никого видеть не желает. Но вот работа закончена. А что дальше?

Конечно, может его литературный агент или помощник отвезти эту рукопись в издательство, и там, если автора уже знают, рукопись примут, отредактируют и напечатают. Хотя сегодня и никакой агент не нужен, послал свой труд по интернету в издательство, договорился с редактором, и вперёд.

Такие писатели-одиночки существуют, но в ограниченном количестве, и проза у них, как правило, такого камерного характера, одиночна по сути своей.

Уверен, писателю не просто для общения, а для творческого развития необходима литературная среда, сообщество единомышленников и оппонентов, хулителей и хвалителей.

Литераторы во все времена собирались в какие-то группки, объединения. Так было и в пушкинскую эпоху, и в некрасовскую, и в начале ХХ века. Потом появились официальные писательские союзы, которые принесли русской литературе пользы во много раз больше, нежели вреда от командных директив.

Уверен, писателю во все времена необходима и поддержка государства, тех или иных финансовых и организационных структур. Николай Первый был личным цензором великого Пушкина. Искали поддержку у высшего света и Фёдор Тютчев, и Игорь Северянин, и Сергей Есенин. Писали письма Иосифу Сталину и Михаил Булгаков, и Евгений Замятин, и многие другие писатели и поэты. Замятин писал вождю: «Свою просьбу о выезде за границу я мог бы основывать и на мотивах более обычных, хотя и не менее серьёзных: чтобы избавиться от давней хронической болезни (колит) – мне нужно лечиться за границей; чтобы довести до сцены две моих пьесы, переведённых на английский и итальянский языки (пьесы «Блоха» и «Общество почётных звонарей», уже ставившиеся в советских театрах), мне опять-таки нужно самому быть за границей; предполагаемая постановка этих пьес, вдобавок, даст мне возможность не обременяя и Наркомфин просьбой о выдаче мне валюты. Все эти мотивы – налицо: но я не хочу скрывать, что основной причиной моей просьбы о разрешении мне вместе с женой выехать за границу – является безвыходное положение моё, как писателя, здесь, смертный приговор, вынесенный мне, как писателю, здесь. Исключительное внимание, которое встречали с Вашей стороны другие обращавшиеся к Вам писатели, позволяет мне надеяться, что и моя просьба будет уважена». И Сталин его отпустил, а Булгакову дал работу…

Я уже не говорю о постоянном общении с ведущими мастерами литературы практически всех генеральных секретарей КПСС, включая и последнего – Михаила Горбачёва.

И конечно, чем в одиночку прорываться в приёмные к высокому начальству, отталкивая своих сотоварищей от кормушки, лучше собраться вместе в тот или иной союз, чем значимее будет такой союз, тем быстрее на него обратят внимание и власти, и элита.

Я оцениваю деятельность Союза писателей СССР очень высоко, думаю, не найдётся ни одного выдающегося русского писателя тех времён, даже из диссидентов, кто бы в той или иной мере не опирался на поддержку писательского союза. Вспомним, что даже своё первое международное интервью Александр Солженицын дал в зале ЦДЛ, где ныне находится один из ресторанных залов.

Сейчас можно смеяться и издеваться над советским прошлым, но, увы, за тридцать лет перестройки литература, сопоставимая с советской, так и не возникла. Все Аксеновы, Вознесенские и Евтушенко – всего лишь часть советской литературы. И даже в эмиграции, куда выехало после революции достаточное количество интеллигенции, новых крупных имён, за исключением Владимира Набокова, не появилось. Хотя и в эмиграции по тем же объективным причинам писатели собирались в те или иные объединения и союзы.

После краха советской власти все её оппоненты надеялись, что с писательскими союзами покончено навсегда, что они лишь часть советской идеологической системы. Но оказалось, что не только патриотическая часть русских писателей, но и самые отчаянные либералы мечтают о новых союзах. Смешно говорить, что борьба шла лишь за писательскую собственность. Во-первых, не так она и велика была. Во-вторых, без всякой собственности, как правило, отобранной и у левых, и у правых писателей вороватыми бизнесменами, на первый план выходила всё та же идеология, те или иные идеалы.

Так же обстоят дела и с издательствами, с толстыми журналами, с литературными изданиями, всё держится на грани, на каких-то крошечных дотациях. К примеру, мы в нашем «Дне литературы» уже двадцать лет живём без зарплаты и гонораров, как-то выживаем. Впрочем, вся наша нынешняя русская литература держится на бескорыстии и потребности писать. Она убыточна, и государству не интересна.

Пока наша власть не поймёт, что без идеологии невозможно никакое государство (а у нас ныне идеология исключена из Конституции), а литература, что бы там ни говорили, это всегда часть идеологии, до тех пор мы все будем находиться в полном провале.

Государственную важность литературы понимали и наши императоры, и советские лидеры. Иосиф Сталин даже в годы войны читал литературные новинки, он знал, народ должен понимать, за что воюет. Сейчас в случае любой военной катастрофы у народа нет того настроя, понимания своей цели. Не колбасой же и кружевными трусиками настраивать население на борьбу.

Я жду, когда наконец наш президент Владимир Путин скажет своё слово о важности литературы, когда будет принят государственный план о поддержке литературы. К примеру, у нас ныне закрылись все поселковые книжные магазины и библиотеки, а в США, как я убедился, в каждом небольшом посёлке в центре стоит большой двухэтажный книжный магазин. Не думаю, что он приносит большую прибыль, значит, государство тем или иным способом поддерживает такую систему. Вот у них и растёт интерес к чтению, а у нас катастрофически падает.

Нужен и новый Союз писателей России (название не важно, назови как угодно), который объединял бы всех наших литераторов. Пусть он будет состоять из эстетически и идеологически разных направлений. Не надо никого туда силой загонять, члены такого союза будут иметь ряд привилегий для своей творческой работы, вот и всё. Хочешь жить и творить самостоятельно – живи и твори. Но не плачься.

Я ничего не имею против нынешнего Союза писателей России, сам являюсь секретарём правления этого союза. Но я понимаю, что в новой России необходима новая живая сила, подпитывающая все российские структуры. Новое молодое яркое талантливое поколение, в спорах, дискуссиях, в своих поэмах и романах, в статьях и баснях, отражающее наше время. Конечно, этот союз должен быть федеративным, а может быть, и конфедеративным, то есть состоять из федерации поэтов и федерации критиков, федерации прозаиков и федерации переводчиков, федерации сатириков и федерации мыслителей, и так далее.

Члены подобного союза, как и любого другого творческого объединения, должны иметь по Конституции рабочий статус, ибо труд писателя не менее важен, чем труд строителя, врача или педагога. В иных странах, например, в Китае, члены Союза писателей получают даже зарплату, не такую большую, но помогающую в период написания новой книги. В разговорах с китайскими писателями я не замечал, чтобы на них оказывалось какое-то давление со стороны власти. Как и что писать – решают сами писатели. Но, естественно, если ты ненавидишь Китай, тебе в таком Союзе писателей нечего делать.

Сегодня расколотость в писательском сообществе достигла предела, в любом из наших союзов, маленьких и больших, нарастают свои разногласия, и уже в «Российском писателе» спорят с «Нашим современником», умеренные либералы из «Знамени» воюют со своими радикалами типа Шендеровича. Не до литературы.

Впрочем, так и было в двадцатых годах ХХ века. Лефовцы спорили с рапповцами, питерцы с москвичами, закончилось это противостояние ликвидацией всех мини-объединений и образованием Союза писателей СССР. Страна устремилась вперёд.

Конечно, никаких повторов не бывает, да и время другое, но если страна сейчас, особенно после недавнего знаменитого Послания Президента России о грядущих темпах развития России, хочет устремиться вперёд, без объединяющей литературы не обойтись. «В начале было Слово…»

Писать эти Слова будут в одиночку наши талантливые литераторы, коллективно литература не делается, но для того, чтобы яркое Слово одиночек было услышано, необходимо возрождение русского литературного процесса, усиление роли журналов и литературных газет, создание не только коммерческих, но и творческих национальных крупных издательств, и объединяющий всех Союз писателей.

Писатели вновь должны получить почётное место на телевидении и радио, на страницах ведущих газет. Тогда и будет, согласно Евгению Евтушенко, «Поэт в России больше, чем поэт…».

Союз талантливых одиночек будет определять состояние всего общества.