Посмотрев «Зою», долго не могла успокоиться. С середины фильма еле сдерживала слёзы. А уж ближе к финалу в кинотеатре плакали все. Зоя, приняв страшные муки, в зверский холод, перенеся изощрённые издевательства и пытки нацистов, почти обнажённая взошла на эшафот и с гордо поднятой головой произнесла перед смертью свои исторические слова. И это взбесило нацистов и потрясло жителей оккупированного подмосковного Петрищева. А Зоя вознеслась ко Господу, оставив своё изувеченное тело на бренной земле.
Фильм появился, как никогда, вовремя. Контекст настоящего времени страшный. Когда пишу эти строки, блогосферу взорвал отвратительный случай с девяностолетним дедушкой и его негодяем-внуком. Дедушка пытался объяснить нынешним школьникам, приятелям внука, поклонникам Навального, кто такой их кумир и кому он служит, а хохочущий внук совершил нечто крайне мерзкое (трудно даже написать – дал струю мочи на спину деда). Этот сопляк и его дружки не смотрели тех фильмов, на которых воспитывались мы, не проходили в школе историю Великой Отечественной войны, не ездили, как раньше почти все московские школьники, в Петрищево, не смотрели, наконец, «Зою» и другие отечественные фильмы о войне, а что они смотрели? Стрелялки, компьютерные игры, американских «Мстителей», порнушку и, видимо, то, как их кумир оскорблял в своём антипутинском ролике достойных людей. В том числе девяностопятилетнего старца, ветерана войны. Этот нацистский подонок и Василия Семёновича Ланового обзывал холуём. А совсем недавно в сетях распространились кадры, как на суде Навальный хамски общался с ветераном в суде и, вместо того чтобы извиниться перед ним, опять говорил оскорбительные вещи. А юные навальнисты, видимо, в своём «ТикТоке» читали подлые комментарии своих фюреров: навальных и прочих невзоровых. Они и те, кто заливает мочой священный Вечный огонь, оскверняют могилы и плюют на ветеранов хуже фашистов.
В фильме «Зоя» – другие люди, но есть и похожие на упомянутых (о них позже). Зоя Космодемьянская (Анастасия Мишина), её одноклассники – чистые, светлые ребята, выпускной бал которых прервала война. Потрясают кадры очереди перед военкоматом, выпускники по зову сердца пришли записываться в отряды добровольцев. Все герои – реальные люди, мать Зои, её младший брат, тоже впоследствии отдавший жизнь за Победу и ставший героем Советского Союза, а принимал Зою в отряд сам Шелепин, будущий председатель КГБ.
Однокашник, возлюбленный Зои, сразу после начала войны ушёл на фронт одним из первых. Не мог иначе. После известия о его гибели Зоя долго не могла прийти в себя, а потом решилась на то, на что могла решиться далеко не каждая девушка даже в то героическое время. Она пошла, нет, не в медсёстры, не в зенитчицы и не в снайперы. Она хотела пойти туда, где наиболее опасно, – в разведчики и диверсанты. Ей удалось убедить Шелепина, что она справится со всеми трудностями и со всеми поставленными задачами, – её приняли в отряд диверсантов, помогло упорство и отличное знание немецкого языка. А задачи в отряде были самые разнообразные и очень важные, если сам главнокомандующий приезжал к ним на смотр. И у неё поначалу всё получалось. И даже на последнем задании ей удалось сделать всё правильно, но… И тут в полный рост встаёт ещё одна важная тема, которой в «Зое» 1944 года не было вообще. Тема, крайне актуальная сейчас, – тема предательства.
Зою выдал паренёк из их небольшой группы, её же товарищ, участвовавший в поджоге домов, где жили немцы в Петрищеве. Он попался и струсил. Этот Клубков (Никита Кологривый) потом вернулся к нашим уже завербованный немцами – его довольно быстро раскусили и в 42-м расстреляли. Клубков Зою выдал. Немцы не понимали, почему после того, как ей обещали жизнь, если сознается, она молчала. Не созналась и после ужасных пыток. Тройная сцена Зои с иудой Клубковым и ведшим допрос немцем (этого дьявола-искусителя хорошо сыграл много снимающийся в России австрийский актёр Вольфганг Черни) напомнила великий фильм Ларисы Шепитько по прозе Василя Быкова «Восхождение». Только в «Зое» путь к святости проходил не советский офицер-артиллерист, а хрупкая девушка, вчерашняя школьница.
Понимают ли те, кто идёт за Навальным, что они такие же предатели, как Клубков? Как тот же Невзоров, когда-то рвавший на груди кожаный бушлат за наших, а теперь превратившийся в жеманного политического зоофила, оскорбляющего героев войны. И как случилось, что молодых, попавших в сети (типа «ТикТок»), расставленные ловцами душ человеческих, стало так много? Они, даже ни разу не побывав в чужих странах, хают свою родину и оскверняют национальные святыни. Что должно произойти с теми, кто издевался над дедом, чтобы они одумались?
Их душами мы сейчас расплачиваемся за то, что более тридцати лет хороших фильмов о войне снималось мало или не снималось вообще. Мы платим за то, что отечественный кинопрокат отдан на распыл Голливуду. Это расплата за отказ школы от воспитательной работы и за отсутствие государственной идеологии. Но, слава Богу, кажется, лёд тронулся. Спасибо, Зоя!