Бамовский вернисаж

БАМ – это не только ударный труд, не только поезда, прорезающие тайгу, не только тоннели и порты, но и картины. Художественный образ строительства магистрали не стёрся, не затерялся во времени.

С 1974 года, с первых недель всесоюзной ударной комсомольской стройки, на БАМ приезжали писатели, музыканты, художники. Приезжали не на день-другой, а на долгие недели и месяцы – чтобы с головой погрузиться в фактуру стройки, чтобы познать её душу, познать людей БАМа. На многих объектах БАМа можно было встретить людей с красками и этюдниками, с альбомами и карандашами. Художников – нередко именитых, которые приезжали на строительство магистрали и из Москвы, и из Ленинграда, и из Киева… Они придавали магистрали высокий смысл – и это, без натяжек, ощущали многие бамовцы. Так было. БАМ – стройка чрезвычайная. По сложности и многообразию задач, по требованиям к каждому рабочему. Приезжая на магистраль, нужно было надолго забыть о бытовом уюте, трудиться приходилось, стиснув зубы. Одной материальной и карьерной мотивации в таких делах недостаточно. Необходимо и ощущение дела – большого, почётного, которое и десятилетия спустя будет помниться.

Смартфонов тогда ещё в помине не было, но фотоаппараты (кстати, отечественного производства!) уже не считались диковинкой. Не сосчитать, сколько осталось любительских и художественных фотоснимков, посвящённых бамовским реалиям. Но живопись – это другое. Вечное.

Художники приехали на БАМ в первый год строительства магистрали. Они были и среди строителей – некоторые из тех первых зарисовок сейчас хранятся в музеях. Пожалуй, самым известным и плодовитым художественным летописцем БАМа стал Юрий Александрович Титов (1926–1998). Многие художники работали на БАМе, но Титов выделялся энциклопедическим, дотошным подходом к каждому сюжету. Он рассказал едва ли не обо всех этапах и сторонах бамовской жизни. От и до. Титов вспоминал: «БАМ – это часть моей жизни, пора творческой зрелости. Первая моя встреча с Сибирью состоялась давно – почти тридцать лет назад. Прежде всего меня потрясли необузданная сила, невозмутимая величественность, необъятность просторов, раздолье философского пейзажа… Но это не главное. Гораздо глубже покорили меня радость постоянных открытий, красота, широта, отвага и мужество людей... Великая зауральская страна из Европы не видна. Её можно увидеть и понять только в ней самой. И именно в тайге, а не с борта самолёта или вертолёта. С высоты этот край, как ни странно, представляется однобоко, однопланово. Душа края открывается лишь лицом к лицу, с глазу на глаз». В этих словах – кредо художника, с которым связана вереница полотен.

На многих бамовских картинах Титова мы видим небо и бамовское солнце. БАМ для него – это необозримое пространство. Тайга, степи, горы, прорубленные сквозь лес дороги. Почти пустыня, в которую пришли люди. Пришёл Человек Деятельный, которому необходимо прокладывать железную дорогу, строить, перевозить из пункта А в пункт Б пассажиров и грузы… В заповедный край вторгается цивилизация. Для консерватора – это, как правило, трагедия, для прогрессиста – повод для гордости и восхищения.

В те времена индустриальная тема считалась обязательной для живописцев. Юрий Титов увлёкся ею не по разнарядке. Он родился далеко от Сибири – в самой что ни на есть срединной России, в Брянске. Позже жил и работал в Москве, но побывал на дюжине великих строек социализма, которые во второй половине ХХ века преобразили Сибирь. Титов работал на строительстве железной дороги Абакан–Тайшет, на Енисее, на Братской и Красноярской ГЭС… Повсюду делал зарисовки, создавал полотна.

Раньше всех на БАМ прибыли изыскатели, разведчики трассы, которую приходилось пробивать через тайгу. Им, первопроходцам магистрали, Титов посвятил картину «Десант». Сибири не свойственны серые тона. Мы видим почти тропические краски и сосредоточенных, сильных молодых людей, один из которых – по моде того времени – долговолос, как бас-гитарист какого-нибудь популярного ВИА. Они разгружают вертолёт – напряжённо, деловито, без улыбок. Так начинался БАМ. Художник зафиксировал пролог стройки.

Титов понимал душу строителя, видел красоту индустриального пейзажа, красоту трудового характера. Без лишнего, фальшивого пафоса, с теплотой и азартом, без которого невозможно удержать зрительское внимание. Титов показывает нам бамовцев то крупным планом, то в широкой панораме. Показывает, как обживались в вагонах, без элементарного комфорта, как стоически переносили изощрённые климатические испытания. Но страдальцев на картинах Титова нет, зато ощутим прометеевский дух борьбы за человеческое счастье. Гитары, поваленный лес, прокладка железнодорожного полотна – первые километры. Быть может, в его бамовской летописи не хватает драматизма, но Титов – неисправимый оптимист, он уверен, что нам всё по плечу. На таких и держится магистраль.

Вячеслав Жемерикин. «Звёздный строится» 

Летопись БАМа продолжил художник Вячеслав Жемерикин. Из многих его картин, посвящённых магистрали, вспомним одну – «Звёздный строится». 1977 год, разгар трудового дня. У бригады, которую мы видим на первом плане – передышка. Но на многолюдной картине, как и в бамовской реальности, трудовой процесс не прекращается. На штормовке одного из строителей, со спины, мы видим знаковую аббревиатуру – БАМ. В нагромождении машин и людей не теряется человечность стройки, её дух. Идёт строительство нового посёлка на берегах рек Нии и Таюры – Звёздного. Он начинался с просеки, с палаток весной 1974 года. Главным транспортом в тех краях тогда были гусеничные тягачи – в точности как и на картине Жемерикина. Именно в Звёздном уже в 1974 году возник знаменитый бамовский любительский театр, который далеко не сразу получил отапливаемое помещение, но спектакли стал выдавать первой же бамовской зимой. Всё это есть на картине Жемерикина: его молодые герои торопятся жить, и рутина их не затянет.

Ценность этих работ с годами возрастает – и не только потому, что на них зафиксировано время, найден образ эпохи. Имеющий глаза и душу всегда их поймёт. Ведь это непарадный, честный реализм, согретый верой в человека, в труд, в цивилизацию. Всего этого так не хватает в современном мире, зыбком и вороватом, в котором предрассудки и реклама стали важнее реальных дел. Вернувшись к созидательным проектам, мы неизбежно вернёмся и к мировоззрению, которое основано на вере в честный труд, в науку и в братство людей. И когда сегодня мы из газетной хроники или из телевизионных репортажей узнаём об успехах Байкало-Амурской магистрали, вспоминаем не только о первых инженерах, строителях и машинистах магистрали, но и о художниках, которые создавали правдивый и притягательный образ БАМа в живописи. Их вклад в строительство этого уникального комплекса неоспорим. И вглядываться в эти картины – удовольствие, редкое по нашим временам.