Бесконечность граней

Дмитрий Кравченко. Многогранный. Многогранный 2.0. – М.: Издательский дом «Зебра Е», 2024. – 5000 экз.

Дмитрий Кравченко выпустил двухтомное собрание стихотворений и назвал его «Многогранный». Тома не маленькие. Для молодого поэта это риск. Но, когда читаешь его, понимаешь, что именно широта – его ключевой творческий принцип. Тексты Кравченко – это тексты человека, принимающего жизнь во всех её проявлениях. Он мастерски создаёт образ своего лирического героя. Это человек, утверждающий свои правила в мире, не прогибающийся под его давлением, игнорирующий все проявления стадности, живущий с персональной тягой к жизни наполненной, а не скудной; наполненной прежде всего эмоционально.

Важная для Кравченко фраза и с точки зрения синтаксической игры, и в контексте смыслов самопознания. Герой Кравченко постоянно изучает себя, удивляется себе, думает о том, точно ли он выбрал свой удел. Мятущаяся натура отсылает нас к романтической традиции. Кравченко не боится быть архаичным, он идёт своей дорогой, и романтизм для него вечный метод.

Цветаевское «поэта далеко заводит речь» и о Кравченко тоже. Он говорит широко и свободно обо всём, что его волнует. Он страстен, когда речь заходит о любви, и находит этой страсти оригинальную форму:

Своеобразная метрика чуть отсылает к Маяковскому, но это, несомненно, новый этап данной эстетической линии, не столько громкий, сколько стремящийся погрузить трепещущий нерв в горизонтальное движение, чтобы нигде никаких закавык. Темп жизни всё время убыстряется, и поэту надо за ним успевать. Герой Кравченко живёт навзрыд, много видит, много переживает, много обращается к миру и людям. Сам поэт признаётся, что собрал в эту книгу всё, что написал. Что ж! В данном случае это оправданно. Интересна вся мифология поэта, весь его путь.

При этом есть некоторые точки, по которым судьба поэта, метаморфозы его таланта виднее. Одна из таких точек – стихотворение «Город N». Здесь особого внимания заслуживает ритмическая концепция. Автор не отказывается от рифмы, но строку доводит до напряжения монолога, произвольно меняя количество слогов. Это хорошо соответствует замыслу. Помимо этого здесь видны и человеческая, и гражданская позиции автора. Он не приемлет соглашательства, ему комфортнее быть резким, бунтовать, даже если этот бунт философский (а стихотворение входит в цикл «Бумажная философия»).

Постепенно автор накручивает вселенную этого города, красиво, выразительно, изобретательно. А потом делает вывод весьма нетривиальный:

В стихотворениях Дмитрия Кравченко много артистического. Путешествуя по страницам его труда, переходя от первого тома ко второму, догадываешься, что лирический герой очень изящно меняет амплуа. Иногда перед нами подлинный страдающий человек, а иногда подобие маски, но рука режиссёра всегда тверда, и рисунки ролей никто не нарушает. Отсюда создаётся эффект карнавальности, который я лично люблю. Это придаёт поэтическим сборникам воздух и элегантно вводит в заблуждение тех, кто ищет в каждом стихотворении метки личных перипетий жизни поэта. Бывает, что воображение Кравченко заходит так далеко, что его лирические монологи ведутся от лица женщин. Это убедительно. Ведь поэзия едина. И конечно же, теневой герой, тот, к кому обращается героиня, высвечивается другим светом. И ты осознаёшь, что это снова он, многогранный герой текстов Дмитрия Кравченко, и число его граней не всегда поддаётся счёту. Есть среди них и ироническая жилка. Здесь Кравченко демонстрирует хороший вкус и ум. Да, именно ум. Ведь если поэт берётся за иронию, он не может позволить себе быть дураком. Сразу обернётся против него же: