В ночь с 9 на 10 декабря в Париже завершился саммит в Нормандском формате – первый за три года, в течение которых сменилась половина его участников.
Если бы дата выбиралась так, чтобы мировая публика его не особо заметила, лучше 9 декабря придумать было невозможно. В США – новый виток слушаний по импичменту Трампа, в Англии – канун парламентских выборов, которые должны решить судьбу брексита. А здесь, во Франции, – самая масштабная за многие десятилетия стачка в связи с увеличением пенсионного возраста и четвёртый день закрытое метро. «Улицы Парижа в праздничном убранстве, но не веселы лица простых парижан», – незабвенный перл советского собкора Потапова точно описывает настроения.
На этом-то фоне и собрались три президента и один (точнее – одна) федеральный канцлер вести переговоры по проблеме Донбасса, о которой каждый из них знает, что никто никогда никому ни в чём уступать не будет. Собрались по инициативе президента Франции Макрона, который, как и три его предшественника кряду, испытывает искреннюю симпатию к президенту Путину, да ещё и каким-то невероятным образом имеет с ним идентичную внутриполитическую повестку. Неприятная пенсионная реформа, демонстрации в столицах, обвинения полиции в непропорциональном применении силы – для Москвы и Парижа почти одинаково актуально.
Переговоры в Елисейском дворце длились 7 часов, тет-а-теты участников, словно сеансы популярных по ту сторону Атлантики «быстрых свиданий» (нечто вроде турнира по «быстрым шахматам» Остапа Бендера), сменяли друг друга, перемежаясь общими сессиями, чаями и ужинами, и ни к чему особому не привели. Вопросы внесения изменений в конституцию Украины, проведения в ДНР и ЛНР выборов по украинским законам, равно как и установления Киевом контроля над донбасским участком границы с РФ, не сдвинулись с мёртвой точки. Зеленский не «продался Путину», а Путин не «сдал Донбасс», но оба показали готовность к диалогу и тем самым, как выражаются в околокремлёвских кругах, «послали позитивный сигнал» «прогрессивному человечеству».
Но что уж точно важнее: его послали, более точечно, деловым кругам – а они кровно заинтересованы в восстановлении, пусть и неформальном, отношений с Россией – Меркель и Макрон. Крым и санкции на переговорах, разумеется, даже не упоминались…. Что в сухом остатке? Условились провести обмен всех «удерживаемых лиц» до Нового года, продолжить (вообще-то заведомо обречённые на провал из-за непримиримости украинских националистов) попытки реального разведения войск, а также решили провести новое рандеву через четыре месяца. «Факт нашей встречи имеет не меньшее значение, чем её результат», – произнёс Макрон на пресс-конференции, думая, видимо, о том, как бы поскорее разблокировать метро. «Мы договорились, что будем и дальше договариваться», – вторил ему директор украинского «Нафтогаза» Витренко.
Никита Дмитриев,
Париж
