Устами младенца глаголет истина, которую признают и взрослые. У нас, в России, не соскучишься. Советский офицер, побывав в 1945 году в Германии вместе с войском, так выразил свои впечатления об этой стране:
Автобаны на низких склонах
Мерседесам периной расстелены.
Победитель на побеждённых
Смотрит завистно и растерянно.
Эти немцы – люди особые,
Всё устроили по науке.
Только жить, как они, не смог бы я –
Удавился бы я от скуки.
Да, чего-чего, а скучать нам никогда не приходилось. Чтобы начала одолевать скука, нужен покой, а покой нам всегда только снится. В любой момент своей тысячелетней истории русский народ находился в состоянии эмоционального возбуждения, в зависимости от обстоятельств то радостного, то печального. Главным из этих обстоятельств было не материальное благосостояние, как учит марксизм, а форма коллективного жизнеустроения. Когда мы имели собственную независимую государственность, сильную вертикаль власти, народ воодушевлялся, расправлял плечи и совершал великие творческие подвиги. Когда своя государственность утрачивалась, Россия погружалась в скорбь и становилась недвижимой, как Илья Муромец, ожидая часа пробуждения.
В этом нет ничего удивительного. Ещё древние римляне говорили, что у человека есть два божественных дара, посланных свыше: его семья и его государство. Катон Младший указывал на то, что всякая власть лучше безвластия. С ним совершенно согласен апостол Павел, который в Послании к Римлянам утверждает, что ценность власти состоит не в её качестве, а в самом её наличии, ибо «нет власти не от Бога» (Рим. 13:1). Великий систематизатор Гегель, рассматривая всемирную историю как этап в познании абсолютной идеей самой себя, начинает рассмотрение этого этапа с появления государственности; догосударственного человека он вообще не считает достойным изучения. Для него личность возникает вместе с государством, находясь с ним в неразрывной связи. И он совершенно прав. Такое же решающее значение придавали наличию своей государственности и наши предки.
На протяжении своей истории мы обретали и вновь теряли нашу государственность несколько раз. Впервые она оформилась у нас в правление княгини Ольги, а после Крещения Руси её внуком князем Владимиром сильно укрепилась. В результате начался бурный подъём культуры и духовности, засвидетельствованный в «Слове о Законе и Благодати» митрополита Илариона. Но этот первый наш золотой век длился недолго. Ярослав Мудрый не проявил мудрости в прочтении Евангелия: он обратил внимание на слова Иисуса «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35) и разделил Русь по завещанию между своими сыновьями, полагая, что, окрестившись, они уже стали учениками Христа и будут жить в любви. Но он не обратил внимания на другое место Евангелия: «всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет» (Мф. 12:25). После получения своих уделов наследники перессорились: те, кто получил худшие земли, сочли себя обиженными и стали восстанавливать справедливость силою оружия. Так Русь вошла в эпоху княжеских междоусобиц. Ослабленная внутренними распрями, она стала лёгкой добычей Батыя и сделалась улусом Золотой Орды. С этого момента главной мечтой русского народа было восстановление самодержавия.
Его мы обрели только в XV веке. Великий князь Московский Василий II покончил с междоусобицами и стал единоличным правителем Руси, не считая Новгорода, который предстояло присоединить к Москве уже его сыну Иоанну III. Эта ветвь Рюриковичей, которую Ключевский называет «Калитино племя», воссоздала сильную государственность и успешно правила Русью до конца XVI века, когда её пресечение вызвало Смуту. В этой Смуте мы снова потеряли своё государство, что создало угрозу ухода России с исторической сцены. Однако Земский собор утвердил на троне новую династию Романовых, и Россия была спасена.
Новая династия правила у нас в течение 300 лет, и это был период великих свершений русского народа. Россия стала едва ли не основным геополитическим игроком планеты, распространившись от Вислы до Тихого океана. Эта третья наша государственность рухнула в 1917 году, – к счастью, ненадолго. Сталин сумел восстановить её, сделав ещё более сильной, чем прежде, хотя ему пришлось применить весьма крутые методы. Но на этом наши злоключения не закончились. В 1991 году и эта государственность была утрачена.
Сейчас мы вошли в фазу очередного её восстановления. Народ это чувствует и наполняется оптимизмом. Хотелось бы, чтобы обретаемая независимость нашего государства была уже окончательной.
