Крымский цикл

Севастополь!
Мы с тобой – «совки», как оказалось,
Мы на Вечном огне
Ещё не готовим для Макдоналдса фри.
Ты слышишь за морем «ван, ту, фри»?
Это актёры из НАТО
Репетируют свою смерть на твоём штыке!
Севастополь!

Ты – матрос с гранатой
Русского бунта в железной руке!
В зубах твоих серых, панельных, спальных
Чёрная лента с портретов близких и дальних
Покойных героев, таких же, как ты, –
униженных городов,
Для которых ты, Севастополь, –
огонь среди льдов.

Севастополь!
Морской некрополь.
В каменных схимах
Ушаков и Нахимов.
Дельфины – смертники,
Несущие фрицам мины.
Стены, облицованные подвигом Кузнецова.
И твои вечные лестницы,
Вечные метрики,
Вечные пилигримы.

Севастополь!
Я увидел здесь женщину-почтальона
С письмом от бойцов из погибшего батальона
На Сапун-горе,
А ещё я увидел здесь женщин в скале-норе,
С пионерским костром
И набором ножей.
Русских бомжей,
Устраивающих себе «бистро»,
Июнь в январе.
Севастополь!
Проданный внуками победивших,
Готовых продать любое,
Душу разбередивший
старомодным детством,
В котором голубое
Было с мужеством по соседству.
Севастополь!
Я иду по Большой Морской,
Заедая херес гамлетовской тоской,
А навстречу мне девочки
с атомными турбинами,
Ещё не успевшие стать секс-рабынями
В Будапеште, на Мальте,
Даже рядом, в Ялте
Уже другая публика,
А ты, Севастополь, ещё республика
Со своим на крови законом,
Где портреты павших равно близки иконам.
Севастополь…
Ветеран-подводник,
Божий Угодник
С глазами юноши
идёт, хромая.
Севастополь…
Здесь всякая ночь – 22 июня,
А каждый день – 9 Мая.
Севастополь…
Экскурсовод-ровесник,
Знающий наизусть имена героев
и военные песни,
Глядящий вперёд даже меня бодрее,
Свесивший из окна флаг святого Андрея.
Севастополь…
Георгиевский монастырь.
Здесь Пушкин завидел
через Чёрное море разводные мосты.
Здесь настолько крепко
Русские гнёзда свиты,
Что не видно в кепке
Ни одного джигита.
Севастополь,
Твой свежий ветер
Совсем не политкорректен,
Ты сам выживаешь,
как беспризорные русские дети –
Мальчик Сева и девочек сто Поль…
Севастополь…
Морской Апостол,
Не признающий третьего тоста,
Не делящий мир на живых и мёртвых,
Сторонник свадебных лент пулемётных.
Севастополь…
Парашютные стропы ангелов,
В бескозырках святые с мечами наголо.
Есть Крым, Украина, Россия, Европа,
А есть – Севастополь.
Берег неба в краповой яшме.
Прошлый век, на свинцовом ветру распятый.
Севастополь!
Скоро снова будет 41-й и 45-й.
Я учусь у моря готовиться к рукопашной.
апрель 2011 г.

ГРИН

Слепки слов из небесной глины
Обжигает огонь без дыма.
Ястреб Гуль на плече у Грина.
Ястреб Грин на плече у Крыма.

Море синее, как чернила.
В небе чайки рисуют мелом.
Будто чаек всех осенило
Море Чёрное в свете белом.

Солнце сладкое, как малина,
И у солнца характер птичий.
Ястреб Гуль – это почерк Грина.
А когда он допишет притчу

И последние капли света
Постучатся в его оконце,
Гуль покинет плечо поэта.
Улетит ночевать на солнце.

КРЫМСКОЕ

Лови мои сводки:
Сижу на перевёрнутой лодке.
Море ласковым тигром
Учит играм.
Так,
Волнам в такт,
Дёргали тигров за веки
Древние греки.
Завернувшись в звёздное одеяло.
Про любовь у них мало.
Любовь им откроется после.
По гороскопу я – ослик.
Впереди, чуть правее – Африка.
Млечный Путь – суть звёздного трафика,
И какой-то кораблик с фонариком
Вьётся рядом комариком.
Большая Медведица похожа
на велосипедную раму.
Молоко моря
мычит, вспоминая вселенную маму.
Мне сорок лет.
А я всё ещё
изобретаю велосипед.
В море вглядываясь, как в дорогу.
И – Слава Богу.
Волны скрипят,
Как колёса на стыках...
А ты как?
19.11.2013