Не все люди – братья

Аббревиатуры «ОУН», «УПА», фамилии «Бандера», «Шухевич», «Мельник» то и дело звучат в дискуссиях об Украине, однако цельного представления об украинском национализме (по сути, нацизме) в российском обществе до сих пор не сложилось. Как не осмыслена и другая важная страница отечественной истории – реабилитация бандеровцев в 50-е годы – событие, которое аукнулось в конце 80-х при развале СССР, и особенно в наши дни, когда реальные и политические потомки коллаборационистов пришли к власти на Украине. Наиболее важные и любопытные факты по столь актуальной теме излагает в жанре «ликбеза» историк Евгений Спицын.

Задолго до революции

Первые нелегальные политические партии украинских «самостийников» (Революционная украинская партия, Украинская народная партия и другие) стали возникать на территории Российской империи в начале ХХ века. Одним из наиболее заметных идеологов национализма стал юрист Николай Михновский. Ещё в 1904 г. он сформулировал «Десять заповедей украинца», ставших каноном для «свідомих» – «сознательных». Например: «Все люди – твои братья, но москали, ляхи, румыны и жиды – это враги нашего народа», «Украина для украинцев», «Везде и всегда используй украинский язык», «Не бери себе жену из чужаков, потому что твои дети станут тебе врагами»…

Позднее идеи украинского национализма «довёл до совершенства» уроженец Мелитополя, выпускник Санкт-Петербургского университета Дмитрий Донцов, который начинал политическую карьеру в эсеровских структурах, а с началом Первой мировой основал во Львове (при деятельном участии австро-венгерских властей) «Союз освобождения Украины». После наступления российских войск в Галиции Донцов сбежал из Львова, жил в Берлине, Бёрне, получал регулярное жалование от германского посла Гисберта фон Ромберга. В 1918 г. с благословения немцев вернулся в оккупированный Киев, где работал в правительстве Скоропадского, но карьера с новым «гетьманом» не задалась, и вскоре он уехал во Львов, где в 1926 г. создал наиболее одиозный труд «Национализм», ставший катехизисом современных украинских нацистов. Суть его доктрины, основанной на откровенном расизме, состояла в следующем: независимость Украины не самоцель, ибо первой и главной задачей является создание расово чистой украинской нации и уничтожение «Москальско-Азиатской империи».

Именно Донцов с его теорией «интегрального национализма» стал главным идеологом всех украинских нацистов, которые в начале 1920-х гг. приступили к организационному оформлению своих рядов.

Уже в 1921 г. на территории Галиции из ветеранов петлюровской армии была создана Украинская войсковая организация (УВО) во главе с Евгением Коновальцем. В 1926 г. возник Союз украинской националистической молодёжи, которую возглавили студенты-недоучки Львовского университета. На территории Германии и Чехии создаются аналогичные структуры, среди которых, например, Союз украинских фашистов Петра Кожевникова.

Десятки разрозненных «союзов» и «групп» предпринимают попытки объединиться, чтобы усилить свой политический и боевой потенциал, и 2 февраля 1929 г. Первый Конгресс украинских националистов, собравшийся в Вене, учреждает Организацию украинских националистов (ОУН).

Внутривидовая борьба

Руководящей структурой ОУН стал Провод украинских националистов (ПУН), который возглавил руководитель УВО Коновалец. На конгрессе было принято решение, что УВО сохранит формальную самостоятельность, чтобы «вся её боевая работа не чернила репутации ОУН как чисто политической организации». Однако создать из ОУН легальную политическую партию не удалось, поскольку радикальное молодёжное крыло усматривало в легальной работе «признаки предательства нации». В 1932 г. УВО была преобразована в автономный военный отдел ОУН, который стал заниматься организацией политических убийств и террористических актов.

В 1934 г. совершено убийство министра внутренних дел Польши Бронислава Перацкого, план проведения которого был разработан референтом Галицкого отделения УВО Романом Шухевичем, а общее руководство осуществлял Степан Бандера, который к этому времени, пройдя обучение в немецкой разведшколе в Данциге, был назначен комендантом Галицкого боевого отдела ОУН-УВО.

После массовых арестов украинских националистов, проведённых польскими властями в 1934−1935 гг., всё руководство Галицийского отделения ОУН оказалось за решёткой, а многие низовые организации прекратили существование. Поэтому его новое руководство в лице Льва Ребета занялось «просветительской работой» и воссозданием разгромленных структур, которое завершилось весной 1938 г.

В мае того же 1938 г. старший лейтенант госбезопасности Павел Судоплатов ликвидировал лидера ОУН Коновальца, что привело к расколу организации. Ситуацией воспользовалась германская военная разведка – именно тогда для обучения украинских нацистов навыкам диверсионной работы руководство абвера открыло в Берлине, Роттердаме и Данциге специальные курсы радиотелеграфистов и военных инструкторов, а в Кракове – специальную лабораторию по изготовлению взрывных устройств. В связи с активизацией подрывной работы на территории Польши во главе Западно-Украинского отделения ОУН встал Мирослав Тураш, а новым вождём всего ОУН на Втором Большом соборе украинских националистов, прошедшем в августе 1939 г. в Риме, был избран родственник Коновальца Андрей Мельник.

Новый лидер ОУН вполне устраивал германскую разведку, поскольку он относился к немцам как к стратегическим партнёрам. А вот его главный оппонент – Бандера – рассматривал Германию в качестве ударного кулака в борьбе с поляками и Советами. В начале 1940 г. конфликт в руководстве ОУН привёл к её окончательному расколу на две фракции – ОУН(б) и ОУН(м), которые стали открыто враждовать между собой. В апреле 1941 г. сторонники Бандеры созвали в Кракове собственный Второй Великий сбор, на котором отстранили Мельника от руководства ОУН и приняли новые уставные документы и символику, в том числе чёрно-красное знамя и нацистское приветствие «Слава Украине – Героям Слава».

Тем не менее и Мельник, и Бандера постоянно контактировали с руководством абвера, и как следует из воспоминаний Ярослава Стецько, незадолго до войны тайно встречались с адмиралом Канарисом.

Павел Судоплатов

Вместе против Советов

В подготовке нападения Германии на СССР принимали участие обе фракции ОУН, хотя наибольшую активность проявили именно бандеровцы – в составе полка «Бранденбург-800» двух батальонов «Нахтигаль» и «Роланд» во главе с Романом Шухевичем и Евгеном Побигущим. Уже в июне 1941 г. боевики ОУН развернули активную диверсионную деятельность в тылах РККА. Продвигаясь в первых эшелонах германских войск, члены групп ОУН, при занятии населённых пунктов, создавали структуры управления, в том числе украинскую полицию, которая в оперативном отношении подчинялась гестапо.

В октябре 1941 г. на базе батальонов «Нахтигаль» и «Роланд» германское командование сформировало 201-й шуцманшафт батальон, который до конца 1942 г. проводил кровавые карательные акции, в том числе в Бабьем Яру и в белорусской Хатыни. А уже весной 1943 г. по прямому указанию верховного командования вермахта на территории Галиции и Волыни ОУН(б) создала Украинскую повстанческую армию (УПА), во главе которой встали такие отпетые палачи, как Р. Шухевич, В. Ивахив, В. Кук и Д. Клячкивский, руководившие Волынской резнёй и другими карательными акциями. Одновременно члены ОУН составили костяк Добровольческой дивизии СС «Галиция», которая принимала самое активное участие в подавлении Варшавского и Словацкого антифашистских восстаний. А после окончания войны многие лидеры ОУН, в том числе С. Бандера, Н. Лебедь, В. Стахив, С. Ленкавский, Я. Стецько, Н. Климишин и другие, оказались в сфере особых интересов западных спецслужб, которые активно использовали их для подрывной работы на территории СССР.

Именно западные кураторы спонсировали деятельность подпольных бандформирований на Западной Украине, где войскам Красной армии и сотрудникам МВД пришлось проводить немало чекистско-войсковых операций, в ходе которых был, по сути, уничтожен весь костяк ОУН-УПА. Об этом свидетельствуют не только документы МВД, но и, например, отчёт координатора ОУН на Западной Украине Василия Кука своему «шефу» Василию Охримовичу, датированный концом мая 1952 г.: «Положение в организации в целом катастрофическое. Подольский край не существует, Край ПЗУЗ и Львовский – на грани гибели. Руководящие кадры ликвидированы…».

Странная реабилитация

Однако «конец истории» радикального украинского национализма не состоялся даже после его разгрома. В СССР были приняты решения, которые выглядят более чем странно. По инициативе Лаврентия Берии и Никиты Хрущёва вышли документы, сыгравшие роковую роль в истории СССР и современной Украины:

1. Постановление Президиума ЦК «О политическом и хозяйственном состоянии западных областей Украинской ССР» от 26 мая 1953 г.

2. Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» от 17апреля 1955 г.

В установочной части первого документа указывалось: «…обязать ЦК КПУ и руководство Львовского, Дрогобычского, Тернопольского, Станиславского, Волынского, Ровенского, Закарпатского, Измаильского и Черновицкого обкомов партии решительно покончить с порочной практикой выдвижения на руководящую партийную и советскую работу в западных областях работников из других областей УССР и других республик СССР; изжить огульное недоверие к западноукраинским кадрам, бережно относиться к местной интеллигенции и выдвигать лучших её представителей на руководящие посты в учебных, научных и культурных заведениях; обеспечить наличие в руководящем составе ЦК КПУ и Совете Министров УССР работников из западных украинцев...»

Во втором документе «огульное недоверие к западноукраинским кадрам» изживалось в самой что ни на есть конкретной форме:

«Освободить из мест заключения и от других мер наказания лиц, осуждённых на срок до 10 лет лишения свободы включительно за совершённые в период Великой Отечественной войны… пособничество врагу и другие преступления…»; сократить наполовину назначенное судом наказание осуждённым на срок свыше 10 лет за преступления, перечисленные в статье первой настоящего Указа…; освободить из мест заключения (ссылки и высылки) независимо от срока наказания лиц, осуждённых за службу в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях; снять судимость и поражение в правах с граждан, освобождённых от наказания на основании настоящего Указа; освободить от ответственности советских граждан, находящихся за границей, которые в период Великой Отечественной войны… сдались в плен врагу или служили в немецкой армии, полиции и специальных немецких формированиях...».

По самым скромным оценкам, на Украину вернулись не менее 170 000 бандеровцев и коллаборантов, которые пошли учиться, работать, делать карьеру, обеспечивать наличие «в руководящем составе ЦК КПУ и Совете Министров УССР работников из западных украинцев». Среди них оказалось немало антисоветски настроенных, затаивших злобу на СССР и Красную армию. При Никите Хрущёве и Петре Шелесте этот «антисоветский элемент» укоренился в партийных, советских, культурных и хозяйственных органах. А уже во времена перестройки «вышел из подполья», стал действовать легально. Необандеровцы были вооружены детально разработанной идеологией украинского национализма и, по сути, продолжили деятельность ОУН в новых, весьма благоприятных исторических условиях.

Евгений Спицын,
историк, советник ректора МПГУ