Неудобный Первомай

Татьяна Тронина, Арсений Замостьянов

Праздник Весны и Труда – так сегодня называют день 1 мая. А что осталось в народной памяти из истории этого праздника? Какой смысл мы придавали и придаём этому дню?

Солидарность как шанс

С седой древности трудящиеся, даже рабы, искали способы защиты своих интересов, и самым эффективным инструментом стало объединение. Природа этого стремления едина для всех социальных групп, но цели у разных классов подчас противоположны. В Средние века ремесленный цех представлял собой союз мастеров. Цехи создавались для защиты от конкуренции: они регулировали цены, условия ученичества и доступ на рынок. Сегодня крупные капиталисты объединяются в элитарные закрытые сообщества, лоббируя выгодные законы.

Рабочие индустриальной эпохи в условиях жестокой эксплуатации пошли по пути коллективной защиты, но с обратной целью – не монополизировать рынок, а выжить и обрести человеческие условия труда. Их объединение в профсоюзы стало историческим шансом перехода к организованной, коллективной силе. Борьба с произволом фабрикантов, незаконными увольнениями и грабительскими штрафами требовала солидарности. Так удавалось добиваться повышения крайне низких зарплат, сокращения рабочего дня и введения элементарных норм безопасности труда.

Бесправная масса, существовавшая по принципу «каждый сам за себя», превратилась в организованную силу. Произошло важнейшее изменение – осознание себя как класса, требующего не подачек, а гражданских прав.

Сегодня нередко можно столкнуться с подменой понятий. Руководство предприятия пытается внедрить искусственные формы «единства». Это тимбилдинги, корпоративы и тренинги из серии «Мы – команда-а-а!» Логика проста: такое сплачивание способствует повышению производительности труда, а значит, росту прибыли владельца. Но работник знает, что после корпоратива в его работе и зарплате ничего не изменится. Энтузиазм начальника, сообщающего о выездном тимбилдинге для коллектива, рядовой сотрудник, как правило, не разделяет. Он прикидывает, во сколько вернётся домой, чего не успеет сделать из-за этого мероприятия. Сам термин «тимбилдинг» (дословно – «построение команды») для него звучит насмешкой, лицемерием. То, что в 1990-е и нулевые обладало прелестью новизны, сегодня исчерпало себя. Заимствованные на Западе новации не объединяют людей в главном – в общности экономических интересов и защите от произвола.

Настоящая солидарность рождается там, где необходимо сообща отстаивать права перед нанимателем. В этом смысле подлинным объединяющим звеном были и остаются профсоюзы. И грустно, когда они полностью зависят от тех, с кем призваны тягаться.

Мир, труд, май

В 1860-е годы состоялось несколько крупных пролетарских демонстраций. В 1886-м в первомайский день тысячи чикагских рабочих объявили о забастовке. Требовали в первую очередь 8-часового рабочего дня. Власти США обошлись с ними сурово: началась настоящая уличная война, в которой окрепло профсоюзное движение. В июле 1889-го в память о чикагских событиях Парижский конгресс II Интернационала объявил 1 мая Днём солидарности рабочих всего мира. В России маёвки прижились сразу, однако первые годы оставались традицией узкого круга молодых вольнодумцев. Майские пикники были давней городской традицией. И молодые социалисты в этот день собирались вроде бы для веселья на природе. Так долж­ны были думать жандармы. На самом деле главным блюдом являлся не пирог, а политические речи, притягательно нелегальные. Маёвки стали своего рода инициацией для многих революционеров. Была в них романтика протеста. Одни песни чего стоили:

День настал весёлый мая,

Прочь с дороги, горя тень!

Песнь раздайся удалая!

Забастуем в этот день!

Один из участников первых маёвок оставил такие воспоминания: «Погода на 1 мая 96-го года удалась очень хорошая. Собрались мы с багажом на Самарку по Садовому спуску человек около 30-ти, пришлось снять три лодки, поехали мы от берега все порознь, а за железно­дорожным мостом съехались все и направились на ту сторону. Преследования как будто не было. По приезде сварили чай и стали закусывать. Во время чая один товарищ читал что-то из Бебеля… Несколько товарищей говорили о значении 1 мая, затем спели «Дубинушку» и ещё некоторые песни. Потом, как велось тогда, подвыпили и совсем развеселились».

Особенно масштабные первомайские выступления прошли в 1901 году в Петербурге, Тбилиси, Гомеле, Харькове и Баку. В те дни на улицах появились революционные лозунги: «Долой самодержавие!» и «Да здравствует республика!» Полиция преследовала «партизан Первомая», но революционная волна только нарастала. Ну а потом праздник стал государственным.

В СССР в 1920-е закладывали основы новой жизни. Это касалось и художественных идей, которые помогали создать образ праздника, – с красным кумачом, с транспарантами, карикатурами на буржуев, с гвоздиками, с гармонями – в народной гуще, в людском море. Незабываемый кинообраз Первомая создал Марлен Хуциев в фильме «Застава Ильича». В этом праздновании можно было рассмотреть не только радость «весны и труда», но и силу, которую советский народ демонстрировал противникам. Не государствам, а адептам старого мира, которым положено грабить и разжигать войны. На то и созданы хищники. И лозунг «Мир, труд, май» – это не просто набор красивых слов, а предупреждение тем, кого не устраивает мирный труд, ведущий к прогрессу. Между прочим, до 1968 года в этот день проводились не только шествия трудящихся, но и военные парады. Так было и в 1941 году!

В названии праздника значилось: «международный». Наша страна никогда не отгораживалась от мира. Железный занавес – вынужденное отступление от принципов, компромисс. Шло противостояние с враждебными государственными машинами и монополиями, но ощущение единого человечества – без национального чванства – было присуще нам всегда. И все богатства, накопленные веками со времён Аристотеля и Спартака, принадлежат нам.

Первомай в Советском Союзе по праву был уникальным сплавом политики и народного гулянья. Не столько маршем солидарности с Коммунистической партией, сколько долгожданным ритуалом встречи весны. И это роднило его с древними языческими праздниками пробуждения природы, с карнавалами. Демонстрация 1 мая в СССР напоминала яркий, зрелищный спектакль, где каждый чувствовал себя частью целого мира. Мира трудящихся людей.

Позже, когда в тренде оказалось очернение страны и её традиций, демонстрации стали называть «обязаловкой». Утверждали, что народ туда сгоняли. Ну что ж, надо признать, что все общественные мероприятия требуют контроля. Даже знаменитые карнавалы в Рио-де-Жанейро основаны на ответственности и слаженных действиях, иначе шествие может просто не состояться. Но способность получить радость от праздника зависит от психологического состояния человека. В СССР, по крайней мере до середины 1980-х, в отсутствии инфляции и безработицы депрессивных настроений было меньше. И праздник воспринимался действительно как повод радоваться – от весны, движения, общения, чувства своей значимости как рабочего человека. Или служащего, военного, учителя, студента… В любом случае – винтика, столь нужного в гигантском механизме советского мироустройства. «А без меня, а без меня тут ничего бы не летало», – звучала в те времена песня. Этот день у многих был навсегда связан с распахнутыми окнами, откуда гремела музыка, и с запахом домашних пирогов.

Во время шествия стихийно пели: «Утро красит нежным светом…», «Расцветали яблони и груши»… Само шествие было грандиозным зрелищем, когда стиралась грань между зрителями и участниками. По обе стороны дороги на обочинах порой стояло больше народа, чем шло в колонне. У подоконников собирались целые семьи, глядя, как по улице плывут красные знамёна и транспаранты. Люди несли в руках воздушные шарики, плакаты и портреты лидеров страны, веточки с бумажными цветами. Зрители с любопытством читали названия организаций, спорили, чья колонна наряднее, приветствовали знакомых – всё это создавало ощущение общности. В переплетении уличного действа и домашнего уюта и заключалась уникальность момента: праздник врывался в квартиры через открытые окна, а жизнь выплёскивалась на улицу.

Для кого-то эти воспоминания сегодня неудобны. Им куда ближе безопасный, выхолощенный облик праздника «за всё хорошее». И сегодня, когда всё проходит иначе, когда Первомай остаётся в нашем календаре, кажется, только потому, что не с руки отнимать у трудящихся свободные деньки для поездки на дачу, не худо помнить о его истории и смысле. Это – тоже из числа богатств, «накопленных человечеством». Не замечать их – значит обкрадывать себя.