Хочу познакомить читателей «ЛГ» не просто с интересным человеком, а с человеком, чьи грани дарования радуют и удивляют одновременно.
Валерий Цариев, народный артист Республики Северная Осетия – Алания, актёр театра и кино, режиссёр, телеведущий, основатель факультета искусств Североосетинского государственного университета имени Коста Хетагурова. Дважды Валерий Заурбекович оканчивал театральный институт имени Бориса Щукина, актёрский и режиссёрский факультеты. Мог остаться в Москве, однако Родина для него – это не только горы, воздух и родниковая вода, но прежде всего корни, традиции и культура, то, что для настоящего художника является главным. Именно поэтому поставленные им спектакли в национальном Театре имени Владимира Тхапсаева – а в разные годы Цариев был художественным руководителем театра, – популярны и любимы народом, как и фильмы, в которых он снимался.
Последние годы Валерий Цариев стал писать стихи. Они обращены к неисповедимым глубинам души, к памяти и надежде, которая никогда не умирает. Переводы с осетинского языка на русский дают возможность всё это понять и оценить.
Аким Салбиев, кинорежиссёр, заслуженный деятель искусств России
***
Летят по небу птицы на юга́ –
Вдали мельчает бусин вереница.
Над ними – белой шерстью облака,
Под ними осень грустью золотится.
Полёт их волен, полон красоты,
А путь суров – иным уж невозвратен.
Но струны крыльев сталью налиты́,
И к тяготам судьбы не привыкать им.
Под сенью материнского крыла
Летят птенцы – игривы и проворны,
Испытывают крепость ремесла,
С попутным ветром меряясь упорно.
А в глубине их крохотных сердец
Огромная любовь великой птицы.
Под синью неизведанных небес
Им свет родной лазури будет сниться.
Но час пробьёт, и вновь придёт весна,
Вернутся птицы на свои просторы.
И разродится трелью тишина,
И зазвенят весельем песен горы.
А если вдруг назад не прилетят
(Не дай Господь такому приключиться),
И души гнёзд навечно замолчат,
И радость жизни в них не постучится,
И если трель в округе не слышна,
Наш сад в немом унынии зачахнет.
И если не настанет вдруг весна,
Тогда и наших сил родник иссякнет.
Перевод с осетинского языка Татьяны Ческидовой
Ливень
И словно вражеская рать, нависли тучи,
И ветер гонит их в ущелье гор,
И пенье птиц с утра утихло до беззвучья –
Стемнело всё заре наперекор.
И небо чёрное сверкнуло вдруг кинжалом,
Как будто недруга искало грудь.
И затряслась земля пред громовым оскалом,
И хлынул ливень – леденящий суд!
Вселила страх неудержимая лавина:
Стальные стрелы – гулкий камнепад –
Срывают корни вековых дерев безвинных,
Загнав зверей под грозовой набат!
Стремительно с горы река потоком мчится,
Как будто ад проснулся на земле!
И бесконечным эхом схватка длится, длится…
Земля и Небеса сошлись во мгле!
Ветра шальные вдруг сложили крылья разом,
Туманный ливень прекращает бой.
Ещё доносятся раскаты грома басом,
И ямы полнятся большой водой.
Многоголосье птиц в округе снова льётся,
Вернулись благоденствие, покой,
А чёрная скала вновь озарилась солнцем –
И жизнь течёт прозрачною рекой…
Перевод с осетинского языка Фаили Азметовой
Два дерева
В саду цветущем, где пируют пчёлы,
Два деревца тянулись к небу рядом.
Их согревало солнце нежным взглядом,
Им ветер в тишине шептал о чём-то.
И ясным днём, и тихой ночью чёрной,
Укрыты лёгким занавесом сада,
Они таили тихую усладу,
Обнявшись, шелестели увлечённо
И вместе, общей участью земной,
Переносили стужу или зной,
Над ними с песней ласточка летала.
Огонь любви сердцам дарил тепло…
И грушевое дерево цвело,
И яблоня румянцем трепетала.
Перевод с осетинского языка Нины Ягодинцевой
***
Земля согрета тёплыми лучами,
И первая трава – как на холсте.
Готов к работе, огород скучает.
Вновь без тебя пришла весна, отец.
Цветут плодовые деревья густо,
Вокруг стоит ореховый плетень,
Бежит, меня смущаясь, речка шустро
Под мост, построенный тобой, отец.
И память сердца ритуал впитала,
Перед глазами до сих пор картины те:
С работы вечером идёшь усталый
И плещешь воду на лицо, отец.
Я слышу голос еле различимый,
Поведал гордо радость ты реке:
Подросший незаметно сын любимый
Впервые бритву приложил к щеке.
Перевод с осетинского языка Любови Дубковой
Зелёный валун
Ущелье гор. Валун зеленобокий,
Сполна познавший тяготы времён.
На пике скал когда-то правил он,
Теперь к реке низвергнут – одинокий.
Нещадно, то палим на солнцепёке,
То в тьму студёных ливней облачён.
Он прошлым в дар нещадно иссечён.
Суров, тревожен взор его глубокий.
Казалось, нет печальнее судьбы.
Но вдруг на нём цветок расцвёл мечтою,
Красней зари, таинственней звезды.
И дрогнул лёд души пред красотою,
Сползла по шрамам капелька воды –
Так сердце камня таяло слезою.
Перевод с осетинского языка Татьяны Ческидовой
Орлы
Кругами, над ущельем сея страх,
В отчаянье летают два орла.
От криков ветер прячется в горах,
Дрожит, волнуясь, чёрная скала.
И, кажется, готовы умереть,
Орлы стремглав бросаются к земле.
Но нет, они совсем не ищут смерть,
И снова вверх взмывают на крыле.
В ущелье гор, среди седых камней,
Барахтается их сынок-птенец.
Он выбился из сил, но всё сильней
Пытается поднять крыла юнец.
Наивный, он сегодня в первый раз
Сорвался вниз из отчего гнезда.
Увидел мир под солнцем без прикрас
И полюбил свободу навсегда.
В тревоге за птенца орлица-мать
Спустилась вниз и обняла его.
Как будто бы пытается сказать:
– Держись, малыш, не бойся ничего!
Птенец устал и не готов взлетать,
Он прячется под маминым крылом.
О, сколько силы жизни может дать
Родное материнское тепло!
В себя поверить мама помогла,
Заклекотала, клича на простор,
Подняв свои огромные крыла, –
И полетела меж высоких гор.
Любовь орлицы силы придала –
Он выпорхнул за мамой из-под круч!
Смотри, как гордо реют три орла,
Любуется и солнце из-за туч!
Перевод с осетинского языка Любови Дубковой
***
Украшен ранами он вышел на парад.
Такой же, как и все, солдат Победы.
Но, кажется, лишь на него глядят
Сквозь слёзы или дождь, упавший с неба.
Во всех боях он был непобедим.
Пять лет войны он смело шёл вперёд,
Прошёл сквозь Польшу и вошёл в Берлин,
Отважней льва в сраженьях за народ.
Взрывал вагоны, полные врагов,
А ослабев, зубами глотки рвал.
Пылало сердце яростным огнём,
И он в бою пощады не давал.
И вот парад – торжественный парад!
На площади солдаты всех фронтов.
Сражался весь народ – и стар, и млад –
И победил бесчисленных врагов.
По Красной площади полки за рядом ряд
Идут, и музыка поёт об их отваге.
И к Мавзолею Ленина летят
Немецкие изорванные флаги.
Чеканя шаг, шёл старший офицер,
Нёс китель Сталина – на нём лежал устало
Бесстрашия и мужества пример –
Джульбарс, рождённый псом, стяжавший славу.
Перевод с осетинского языка Алексея Панина
***
Та ночь была нежна и безмятежна,
Вблизи родник незримо щебетал.
С дерев свисали звёзды, как черешня,
Во мгле тонула мощь высоких скал.
Чуть слышно пели лёгким ветром да́ли,
Вокруг меня кружились светляки.
А ночь украдкой сеяла печали,
А ночь пускала памяти ростки.
Вдали вдруг света вспыхнули лучинки,
Казалось, как и прежде, не спеша
Копает грядку в свете керосинки
Отец – трудолюбивая душа.
И сердце сквозь тоску затрепетало,
Бежал на свет я с рвением юнца,
А небо звёздной кистью рисовало
Мне яркий образ моего отца…
Стекло луной лучилось, и бледнела
В земле лопаты старой рукоять.
Стоял и молча на него смотрел я,
А сердцу – слёз и боли не унять.
Перевод с осетинского языка Татьяны Ческидовой
Мельница
Село, а на краю, в логу,
Спит мельница – поникли плечи –
Нет ни души на берегу
Когда-то полноводной речки.
Здесь жизнь давно уж не звучит,
Лишь ветер разгоняет тени
Да солнце грустные лучи
Кладёт на треснувшие стены.
Но были годы – жаль, прошли, –
Где жернова мололи жёстко
Зерно, которое везли
На полных доверху повозках.
И славились её дела,
Крестьян из деревень окрестных
Как радовать она могла
Своею бодрой, звонкой песней!
Вся в инее, устав, остыв,
Притихла под осенним небом.
Но будто до сих пор я сыт
Её душистым белым хлебом.
Перевод с осетинского Татьяны Чураковой
***
Белым засыпанный снегом,
Мир покорился зиме.
Течь успокоенным рекам
В их заколдованном сне.
Кружится, мягко сверкая,
Снег, не касаясь земли.
Высятся будто стогами
Белые горы вдали.
Сонно вздыхают деревья,
Ветви под снегом склонив.
Вьёт вокруг них свои трели
Ветер, певуч и игрив.
Брошены бусинки ягод
Алых на белом снегу.
Зимней калины награда –
Отзвук тревожащих дум.
Ветром уносит дыханье,
Дрогнуло сердце в тоске.
Каплей снежинка стекает,
Будто слеза, по щеке.
Перевод с осетинского языка Анастасии Порошиной
Курган
Издалека виднеется курган,
Он на века застыл, как образ предков.
Но кажется, что спящий великан
Во сне глубоком дышит незаметно.
Сурово и безмолвно он застыл,
В своей груди могучей спрятав тайны.
Подковой полумесяц с высоты
Над ним сияет ярко, но печально.
Вокруг него, как копья, деревца
Покой тысячелетний охраняют…
И моя дума тяжелей свинца –
Кто погребён в кургане, я не знаю.
Какой оставил след он на земле,
Какое он носил при жизни имя?..
Всё от потомков скрыто в вечной мгле –
Он тайнами не делится своими.
Но странный трепет внутренний во мне
Рождает образ гордый и прекрасный…
Мне чудится, как всадник на коне
Летит вперёд дорогою опасной.
Я слышу ржанье боевых коней
И грозный звон мечей в смертельной битве…
Горит огонь на башне в вышине,
И руки к небу тянутся в молитве.
Издалека виднеется курган,
Он на века застыл, как образ предков.
Но кажется, что спящий великан
Во сне глубоком дышит незаметно.
Кинжал
Ты шёл сквозь века величаво и грозно,
Неся беспощадную гибель врагам.
И чёрные призраки прятались в гнёздах,
Порою от смерти всего в двух шагах.
Как молния сталь твоя ярко сверкала,
Ты жаждою битвы всегда был гоним.
И враг не избегнул смертельного жала,
Которое вдруг появилось над ним.
Бескрайние силы в калёном железе
Созрели, чтоб точный удар нанести…
Испытывать стойкость твою бесполезно,
Она – как железное сердце в груди!
И в яростных битвах ты равных не встретил,
Но гнев обуздать неуёмный твой смог,
Подняв как коня на дыбы, но не плети, –
Прекрасной одной осетинки платок.
Перевод с осетинского Марины Ахмедовой-Колюбакиной
