Отречение

Эта пьеса не для сцены – это страстный монолог, обращённый к читателям.

Автор монолога един в двух лицах: верный сын Отечества А.Н. Радищев и европейски образованная иноземка на престоле Екатерина II в далёком от нас XVIII веке пытаются постичь диагноз болезни государства Российского; понять, кто же повинен в том, что «Золотая орда» чиновников поработила землю Русскую?

Осознав бессилие власти в борьбе с тем злом, породила которое она, А.Н. Радищев вопрошает читателей: «Что скажем завтра, когда стоять мы будем пред гробом нашей матери России?»

Перечитывая Льва Толстого

«Во всех областях человеческой духовной деятельности много суеверий, но нигде более, чем в искусстве, и суеверий глупых до смешного, когда разберёшь их и освободишься от них».
Л.Н. Толстой

Без малого 100 лет назад (в 1921 году), желая «освободиться от суеверий глупых до смешного», Б.М. Эйхенбаум писал:

«Литература о Толстом застыла на иконописной точке зрения. Между тем многими ощущается необходимость «преодоления Толстого».

Но для чего же необходимо «пре­одоление» Льва Толстого? Суть в том, что ценность художественного произведении определяется тем, КАК оно написано. Увы… Вдумчиво, внимательно читая роман «Анна Каренина», смею утверждать что этот роман должен прилежно изучать всякий, кто желает понять, как не следует писать произведения художественной словесности. Кстати, и сам Лев Николаевич вынужден был признать:

«Насчёт «Карениной». Уверяю вас, что этой мерзости для меня не существует и что мне только досадно, что есть люди, которым это на что-нибудь нужно».

Адресована книга всем, кто желает преодолеть эстетическое невежество своё, утончить художественный вкус, уяснить, «что такое хорошо и что такое плохо» в литературном произведении. Неизбежно последует вопрос: «Мальчик, а ты кто такой? Кто дал тебе право – лаять нечестивым языком своим на классика мировой литературы?»

«Я никто, и звать меня никак. Я – читатель. Рядиться в тогу литературного критика – помилуй бог, на высоту таковую дерзать не смею. Пред вами сомнения дилетанта, ни степеней, ни званий научных не имеющего. Имею лишь неотъемлемое право читателя «сметь своё суждение иметь».