95 лет назад на VIII Всероссийском съезде Советов был принят план электрификации России
Происходило это 22 декабря, в самый короткий день года, в Большом театре, при власти большевиков. Последнее обстоятельство стало причиной забвения грандиозного исторического события.
Для современного мифотворчества стало традицией искать корни успехов социалистической системы в благословенных царских временах. Вот, например, доктор экономических наук Юрий Корякин доказывает в своей статье, что Ленина и его команду нельзя считать создателями ГОЭЛРО. Эта статья стала основой для множества студенческих рефератов, тысячи молодых людей скачивают из Сети концепции Ю. Корякина, считая их достоверными.
Учёный описывает положение дел с электрификацией в дореволюционной России: иностранные инвестиции, вложения банка Ротшильдов, синдикаты с «Сименсом»… Чем глубже вникаешь в реалии капиталистического прошлого, тем больше аналогий возникает с днём сегодняшним. Та же ставка на иностранных инвесторов, та же надежда на «невидимую руку рынка». Вскользь упоминается о забюрокраченности, совсем не вспоминается судьба дворянина Александра Лодыгина, создателя лампы накаливания, который вынужден был внедрять свои изобретения за границей.
План электрификации, по Корякину, был «продолжен коммунистической властью, однако с присущей ей политической бесцеремонностью и нечистоплотностью – пороча (или умалчивая) сделанное предшественниками, присваивая чужое, выдавая его за грандиозные успехи советской власти при её движении к коммунизму».
Ну и, конечно: «Власть в стране захватили люди, абсолютно несведущие ни в управлении экономикой, ни в технике». Правда, доктор наук Корякин почему-то умалчивает, что Глеб Кржижановский (руководитель проекта ГОЭЛРО) окончил с отличием Петербургский технологический институт, был блестящим инженером и, что называется, энтузиастом электрификации. Но Корякин предлагает другую версию: «Глебу Кржижановскому, другу Ленина, старейшему члену РСДРП, удалось в 1907 г. внедриться в Петербургское отделение «Общества электрического освещения 1886 г.». Затем он образовал в нём большевистскую ячейку…»
Да, безусловно, Кржижановский был активным революционером, но ещё при царе занимался, например, проблемами использования гидроресурсов Волги, разрабатывал план строительства электростанции в районе Самарской Луки (самой большой излучины реки). Вот каким образом была встречена инициатива электрификации местной властью:
«Конфиденциально. Стол № 4, № 685. Депеша. Италия, Сорренто, провинция Неаполь. Графу Российской империи его сиятельству Орлову-Давыдову. Ваше сиятельство, призывая на вас Божью благодать, прошу принять архипастырское извещение: на ваших потомственных исконных владениях прожектёры Самарского технического общества совместно с богоотступником инженером Кржижановским проектируют постройку плотины и большой электрической станции. Явите милость своим прибытием сохранить божий мир в Жигулёвских владениях и разрушить крамолу в зачатии. С истинным архипастырским уважением имею честь быть вашего сиятельства защитник и богомолец. Епархиальный архиерей преосвященный Симеон, епископ Самарский и Ставропольский. Июня 9 дня 1913 года»...
Одним из разработчиков плана ГОЭЛРО был и Леонид Красин, тоже соратник Ленина, марксист. Но кроме революционных заслуг Красин, несомненно, обладал и необходимым профессионализмом. Как и Кржижановский, он был блестящим инженером (по окончании в 1900 году Харьковского технологического института руководил строительством Вятской электростанции)…
Достаётся от Корякина и Ленину. Кем только Владимира Ильича не представляли в рамках гласности и демократизации: и евреем, и сифилитиком, и антихристом. Корякин мягче – он не согласен, что создатель Советского государства был идейным вдохновителем ГОЭЛРО: «В нескольких письмах Ленина из эмиграции был высказан ряд наивных, банальных и нелепых соображений…»
Но позвольте, вот, например, в работе 1901 года «Аграрный вопрос и критики Маркса», рассуждая об отчуждённости народа от культурных ценностей, Ленин пишет: «В настоящее время, когда возможна передача электрической энергии на расстояние, когда техника транспорта повысилась настолько, что нет ровно никаких технических препятствий, чтобы сокровищами науки и искусства, веками скопленными в немногих центрах, пользовалось всё население…» Где же здесь наивность, банальность? Скажи такое Столыпин или Колчак – записали бы их в пророки интернета…
Тот самый народ, избавившийся от социальной и культурной отчуждённости при советской власти, и к Ленину, и к ленинскому плану ГОЭЛРО относился иначе. С трагической яркостью описывает историю электрификации Андрей Платонов в рассказе «Лампочка Ильича».
«А меня влекла не только полезность дела и своё пропитание, но и интерес к жизни – советское строительство», – рассуждает главный герой рассказа, решивший построить в селе электростанцию. Из рассказа, написанного в 1927 году, следует, что препятствовали электрификации теряющие прибыль кулаки – владельцы мельниц-ветряков. Эту сельскую прослойку у нас так старательно идеализировали в последние десятилетия, что многие не понимают, что же кулаки на самом деле собой представляли. Они-то и сжигают в рассказе Платонова сельскую электростанцию…
По существу, план ГОЭЛРО, как сейчас бы выразились, стал «драйвером экономики». Позволил создать саму эту экономику, без которой победить в Великой Отечественной войне было бы просто невозможно. Только несколько цифр: в 1917 году в стране было 75 электростанций, в 1927-м – 858; текущее потребление (тыс. кВт•ч): 1917 г. – 622, 1927 г. – 10 000; обслуживаемые сельскохозяйственные поселения: 1917 г. – 0, 1927 г. – 89 739.
План ГОЭЛРО перечёркивает множество перестроечных и современных догм о пороках плановой экономики, ставит под сомнение принципы нынешней экономической системы. В соответствии с методикой внедрения «невидимой руки рынка» и разрушалась единая энергосистема страны России. Либералы-фундаменталисты уничтожали наше главное конкурентное преимущество – дешёвое доступное электричество. Ничего нового – обычная кулацкая философия: грести под себя и не думать об общих интересах.