В связи с юбилеем великого переводчика мы задали разные вопросы очень разным писателям:
1. Что вы думаете об искусстве перевода?
2. Как повлияли на вас книги, переведённые Н.М. Любимовым?
писатель,
художник
Ошибочно думать, что в переводе на русский нуждаются только книги, написанные на иностранном языке. Это не так. Мы все – переводчики, занимаемся переводом на русский каждый день, причём с русского же.
В переводе на нормальный вменяемый русский язык нуждается большинство литературной продукции, создаваемой на нашей почве. Все колонки газетных колумнистов, все стихи современных поэтов, все повести о наших буднях – надо перевести на русский язык, чтобы понять, зачем автор писал художественные слова.
И как правило, когда осуществляешь перевод в уме (колумнист хотел сказать то-то; поэтесса намеревалась выразить это), делается ясно, что усилие того не стоило – пусть лучше текст останется на газетном или художественном языке. По-русски это бессмысленно. Но пишут много. Чванство писателя, создающего словосочетания, безмерно – прилежный переводчик вынужден отсеивать чушь, то есть всё. У профессионального переводчика то преимущество, что он может ограничить свой труд переводом осмысленной иностранной литературы. С чужого легче переводить, он переводит только то, что содержит мысль.
Переводы настоящих произведений сродни географическим открытиям: неведомая земля ждёт своего человека. Колумб до Америки не доплыл, уткнулся в малые острова; Тасман обогнул Австралию по периметру, держась близко от берегов, но самих берегов не увидел. Америка ждала Америго, Австралия – Кука. Холодковский перевёл «Фауста», но книга ждала Пастернака; Горнфельд перевёл «Уленшпигеля» – но «Уленшпигель» ждал Любимова; уж про Пантагрюэля и Дон Кихота и говорить нечего. Попробуйте открыть Америку после Америго, перевести «Гаргантюа и Пантагрюэля» после Любимова. Любимов выбрал земли Гаргантюа и Дон Кихота, поставил там свой флаг. Слава Богу, что эти земли для русского человека открыты – некоторым удалось туда перебраться и выжить. При обилии бессмысленного родного языка кругом эта земля – спасение.
писатель, профессор Литинститута
Сначала, будучи мальчишкой, я читал французскую литературу, не обращая внимания на переводчика. Позже понял, что её очарование открылось для меня именно благодаря блистательным переводам Николая Любимова. И вообще тот авторитет, который французская литература завоевала у наших читателей, она завоевала во многом не сама по себе, а как результат мастерской и грандиозной работы переводчика, который передавал не только точный смысл, но и находил адекватную стилистическую фигуру произведения, воссоздавал его атмосферу, интонационные особенности.
Сегодня, к сожалению, переводчиков такого уровня, как Любимов, не осталось. Хотя островки сохраняются – в Литинституте, например, существует сильная кафедра перевода, где работают настоящие мастера своего дела. Переводческая школа сейчас в очень сложной ситуации: труд переводчика оплачивается низко, в основном востребован быстрый, похожий на компьютерный, дословный перевод. Низкопробный перевод низкопробной литературы. Если раньше было действительно мастерство перевода, то сейчас – просто ремесло. Вместо бокала изысканного вина
