Дети любят раскраски. Рисовать трудно, а раскрасить – легче лёгкого. У кого-то получается лучше, у кого-то хуже. У создателей российских версий западных сериалов всегда хуже. Так было в прошлом году с «Родиной» Лунгина, так же обстоит дело с сериалом «Кости», идущем на СТС. Сериал «Клим» (российская версия английского «Лютера»), который Первый канал начал показывать после «Метода», не стал исключением.
Этой глубины в «Климе» отыскать невозможно. В российском сериале нет ни добра, ни зла, ни выбора между ними. Вместо истории человека перед нами третьеразрядный фильм о маньяках с обязательным уже в последнее время раздуванием щёк, что наконец-то мы снимаем не хуже, чем на Западе.
Хуже. Потому что настоящий фильм – это не отутюженная картинка, не безжизненные богатые интерьеры, не обилие спецэффектов и не перекрашенный в отечественные цвета модный западный бренд. Фильм – это сценарий, актёры и образы. То, чем всегда славился отечественный кинематограф. То, что у нас было. То, что невозможно заменить никаким убогим попугайничаньем.
В лучших английских и американских сериалах ощутимо присутствие Достоевского, веет дух его великих романов, звучат предельные вопросы, которыми когда-то мучились русские мальчики. У нас, его наследников, ничего подобного. Наша национальная традиция, которая является на Западе чем-то обязательным даже для криминальных драм и которая позволяет западным сериалам получать громадные рейтинги, в отечественных ремейках вытравляется полностью. Отбрасывается всякий намёк на философию и психологию, игнорируется острая социальная проблематика. Вместо этого – больше крови, больше трупов. Превзойти количеством, а не качеством. Роскошными апартаментами, стильными нарядами, крутыми тачками.
«Клим» – очередная повесть о стальном (а может, чугунном?) следователе, который ловит распоясавшихся отечественных маньяков. От сериала просто разит вторичностью. В российской версии собраны все штампы криминального жанра: гениальный герой, проблемы с женой, бюрократизм начальства, маньяки с тяжёлым детством. Скучная история. Прежде всего потому, что отсутствует глубокая проработка героев, способная оживить унылую и порядком приевшуюся погоню за маньяками. Впрочем, «погоня» – не то слово. В «Климе», как и во многих российских сериалах, отсутствуют темп, динамика, умение создавать напряжение.
Лавроненко в роли Клима Рощина напоминает бывшего футболиста сборной России Дмитрия Булыкина. Выглядит солидно, а коэффициент полезного действия невысок. Нет работы над образом, нет индивидуальности. Перед нами всё тот же Чинков, которого мы видели в прошлом году в фильме «Территория». Но главный инженер и следователь должны хоть чем-то отличаться?
Если уж главный герой лишён выразительности, то об остальных и говорить не приходится. И его молодой напарник (Павел Чинарёв), и навязчивая подруга Рощина, убившая своих родителей, Алиса (Дарья Мингазетдинова) ничем не выделяются из толпы безликих статистов, кроме разве что большего времени в кадре. Умная и привлекательная Элис, выступающая в оригинальном «Лютере» в качестве тёмного альтер-эго главного героя, превращается в российской версии во взбалмошную самодовольную дурочку, вся гениальность которой сосредотачивается во фразе «Чем выше любовь, тем ниже поцелуи».
Может быть, здесь и кроется разгадка. Эта формула, в которой сконцентрированы попсовое прошлое, привычка смотреть снизу вверх, объясняет страсть продюсеров к нижним поцелуям, к раскраске западных образцов, которое преодолеть вряд ли возможно. Спагетти-вестерны Серджио Леоне стали со временем классикой. Кабаре-сериалы («Фарца», «Метод», «Клим») от Александра Цекало не годятся к просмотру уже сейчас.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Адаптации (типа «Клима», «Метода» и «Родины»), которые нам навязывает российское телевидение, по исполнению крайне слабые, вторичные (и слава богу – меньше людей их посмотрят!), но по намерениям крайне опасны и вредны.
Бездумное «перепирание на язык родных осин» чужих и чуждых шоу, а теперь и телесериалов, вредно не только тем, что тупо навязываются западные стандарты потребления и отношения к семейным и прочим ценностям, но также тем, что отучает наших «творцов» думать. Придумывать. Бороться, противостоять. Почему, если понравился или показался успешным какой-либо телепроект за границей, не изучить опыт коллег, понять секрет успеха и создать что-то своё, оригинальное, русское?
В преддверии Международного дня писателей вспомним, как развивалась русская литература в ХIХ веке. Жуковский, Пушкин, Лермонтов в начале своего творческого пути много переводили зарубежных классиков на русский язык и делали это гениально. Вобрав в себя, пережив (переработав) лучшие достижения мировой литературы, эти писатели, а также Гоголь, Тургенев, Толстой, Достоевский, Лесков, Чехов создали ту великую литературу, под мощным влиянием которой находились все выдающиеся зарубежные писатели ХХ века. Впрочем, приводить нашим телевизионщиками такие примеры как-то неловко. Слишком далеко ушли они от великих образцов и от русской культуры вообще.
Конечно, скопировать тютельку в тютелька проще: думать не надо, следуй «инструкциям по применению» – и рейтинг, казалось бы, обеспечен. Какие оригинальные развлекательные шоу за последнее время родили наши продюсеры и режиссёры? Никаких. Их место занимают «слицензированные» форматы.
Приходится повторять в который раз: когда всё подчинено рейтингу, деградация неминуема. Когда цель теленачальников только прибыль, а зритель лишь средство в борьбе за её достижение (рекламные деньги через механизм рейтинга), движение вниз (всё ниже и ниже) становится необратимым. Отрадно, что российский зритель пока все эти отвратные «климы-методы» отвергает (рейтинги у них слабые), однако поразительно, как их широко рекламируют, постепенно и неуклонно внедряя. Зачем? Кому это выгодно? России? Нашим пресловутым геополитическим партнёрам?
Телевидение – мощнейшее оружие (покойный профессор Капица по вредоносности сравнивал его с ядерным), особенно в обстоятельствах информационной войны. В политическом сегменте вещания оно старается (или делает вид) отстаивать интересы России. В развлекательном – беспощадно бьёт по своим. Подчиняет, унижает, порабощает.
Отдел ТелевЕдение
Профессия/Специальность: кандидат философских наук
Морозов Сергей Борисович родился в 1976 году. В 1997 году окончил факультет русского языка и литературы Новокузнецкого государственного педагогического института с присвоением квалификации «учитель русского ...