С Остапом Стужевым мы встретились в культовом для литературного и светского мира Москвы месте – на Патриарших прудах. В обоих вселенных писатель чувствует себя как рыба в воде. Зачастую его герои – богатые люди со сложной душевной организацией. Мы побеседовали об этой извечной дихотомии – богатства внешнего и внутреннего, а также о других секретах его творческой лаборатории и его новом романе «Золотые пилигримы».
– Остап, ваш первый роман, «Правила Мерджа», стал событием в своём жанре. Хорошая пресса и дополнительные тиражи говорят сами за себя. Если и была небольшая критика, то она касалась социального статуса ваших героев. Почти все они, говоря откровенно, люди очень обеспеченные. Но успех первого романа говорит о том, что не все ваши читатели помещаются в рамки этого статуса. Как вы себе это объясняете?
– Мне кажется, это классовое разделение очень условно, мы, слава богу, живём совсем в другом мире. Писатель должен говорить о том, что знает, чтобы не было фальши, читатель всегда чувствует фальшь. Да и не все мои герои олигархи. У многих за плечами – голодное детство, юношество, но в них есть внутренний стержень, позволяющий преодолевать препятствия, становиться сильнее…
– Наверное, этой чертой с ними поделились вы?
– Отчасти да. Но, повторюсь, это очень условно. Я всегда пишу историю человека. Я его вижу. Я его чувствую. Мне нравится находить героев-авантюристов, которые не боятся жить, а жизнь их настолько интересна, что хочется написать роман.
– Заинтриговали. Написать этот роман вас побудил какой-то конкретный человек? Или случай?
– И то и другое. Однажды я прочитал в газете статью о самом дерзком ограблении алмазной биржи в Антверпене, на 100 миллионов евро, и все детали, которые там описывались, говорили о том, что без моих соотечественников не обошлось. Я начал копать, и – концы сошлись!
– Какое же ограбление в Европе без «русского следа» …
– Да, это было начало нулевых, смелые оказались ребята, ещё советской закалки.
– Вы как будто восхищаетесь этими людьми, а ведь они совершили преступление…
– Я восхищаюсь их дерзостью и богатым воображением, талант ведь не всегда служит во благо. Для того чтобы провернуть такое ограбление, нужно обладать недюжинным умом, смелостью, умением нестандартно мыслить.
– То есть вор в вашем романе – герой положительный?
– Отнюдь. В этом моя «фишка», особенность, которую, кстати, заметили критики в первом романе. Я не даю оценку действиям своих героев, я не судья. Мне интересна судьба человека, его история, и я её рассказываю. Всё-таки я реалист. Вы часто в жизни встречали абсолютно добрых или злых людей? А в литературе? Достоевский пытался такого героя изобразить, и в итоге тот сошёл с ума.
– Убедили. Тогда что движет этими абсолютно нормальными людьми? И кто из них пилигрим?
– С одной стороны, пилигримами можно назвать всех героев романа. Все они путешествуют по странам и континентам в поисках денег и любви.
– Мотивы вполне тривиальны.
– Столь же тривиальны, сколь и действенны.
– Согласна. И что же, находят?
– В основном деньги, поэтому пилигримы золотые. Но только те из них, кто доживёт до конца.
– Жестоко.
– В мире больших денег и криминала смерть такое же естественное явление, как поход в дорогой бутик. Так что не всякий пилигрим долетит до середины романа. А если серьёзно, у этой книги уже есть целая вселенная, в которой сам роман – центр, окружённый спутниками-рассказами из жизни героев книги. В рассказе «Два каравана» как раз описана история древнего ордена золотых пилигримов, представителем которого является один из персонажей.
– Оригинальный подход. Почему не включили эти истории в роман?
– Тогда у меня вышло бы что-то похожее на криминальную «Войну и мир». А в книге очень жёсткий, острый сюжет, который развивается стремительно и несёт за собой всех героев вперёд. Кроме того, история каждого персонажа прописана достаточно подробно. Я стараюсь, чтобы герой проявлял себя через все шесть органов чувств.
– Это как?
– Создаю объёмных персонажей, поэтому в каждой истории рисую комплексный портрет: как герой выглядит, как пахнет, что любит есть, пить, как взаимодействует с другими людьми, как он думает. Тогда персонаж становится человеком.
– Значит, вам знакома история, когда вы придумываете героя, а он потом что-нибудь такое выкидывает, чего вы совсем не ожидали?
– Абсолютно. Например, у меня в романе есть героиня, соблазнительная молодая женщина, за благосклонность которой борется добрая половина мужских персонажей. И есть герой, такой классический уголовник с доброй душой, но немного горбатый. Когда первую версию романа прочитала мой редактор, то едва ли не главная её претензия была: как эта красотка, которая могла выбрать абсолютного любого, в итоге влюбилась в этого квазимодо? А я ничего не могу с этим поделать. Ну влюбилась девчонка! Бывает. Любовь, как говорится, зла. И не только в жизни.
– Возвращаясь к жизни. Основой для сюжета, как вы сказали, послужил реальный случай крупнейшего ограбления в Европе. Но помимо него в романе масса других криминальных явлений: и наркоторговцы, и продажные агенты ЦРУ, и вороватые российские чиновники, и сицилийская мафия, и коррумпированная французская полиция. Эти сюжетные линии тоже из жизни черпали?
– А вы полагаете, этих явлений не существует в природе? Конечно, я не могу знать лично нарушителей закона всех мастей, но у многих героев есть прототипы в реальной жизни. Остальное – вопрос жизненного опыта, наблюдательности и эрудиции. Когда писал о сицилийской мафии, например, то вдохновлялся непревзойдённым «Крёстным отцом» Марио Пьюзо. Даже фрагмент оттуда в качестве эпиграфа выбрал.
– «Случайности не происходят с теми, кто воспринимает их как личное оскорбление». Это девиз ваших героев?
– Скорее способ выжить. Они идут к своей цели, не считаясь с препятствиями.
– Насколько я поняла, цель у всех одна. Бриллианты.
– Да, но каждый герой хочет использовать их для своей игры. Поэтому почти весь роман они идут к цели разными дорогами, почти не пересекаясь, как бы окружая её со всех сторон. Ну а в финале, как водится, встречаются.
– Да, не всякий писатель умеет сводить концы с концами в финале остросюжетного романа. Особенно в таком, как ваш, когда едва успеваешь следить за калейдоскопом героев и стран. Вы намеренно пытаетесь запутать читателя?
– Я делаю это, чтобы читателю было интересно. В остросюжетной прозе сейчас очень большая конкуренция, и за читателей надо бороться. А для этого им надо задавать сложные задачи, читатель у нас в стране интеллектуальный. Когда решаешь сложную задачку, становишься чуть счастливее.
– В этом ваша сверхзадача? Сделать читателей счастливыми?
– Да. Насколько я хорошо справляюсь, судить им.
Беседу вела Мария Должкова
